Право на защиту коап

Прокуратура Московской области

Порядок производства по делам об административных правонарушениях, а также виды административных правонарушений и ответственность за них регламентируются Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ). Кроме того, виды административных правонарушений и ответственность за них устанавливается также законами субъектов Российской Федерации, принимаемыми в соответствии с КоАП РФ.

В соответствии с ч.1 ст.1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

При совершении любого административного правонарушения составляется протокол, за исключением случаев, когда производство возбуждается постановлением прокурора (ст. 28.4 КоАП РФ), когда вместо протокола выносится постановление о привлечении к административной ответственности (ч.1 ст. 28.6 КоАП РФ), либо когда административное правонарушение фиксируется с применением работающих в автоматическом режиме специальных технических средств, имеющих функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средств фото- и киносъемки, видеозаписи (ч.3 ст.28.6 КоАП РФ).

При составлении протокола об административном правонарушении лицу, в отношении которого возбуждается производство, либо его представителю разъясняются его права и обязанности, о чем в протоколе делается соответствующая отметка (ч.3 ст. 28.2 КоАП РФ), а также ему должна быть предоставлена возможность ознакомления с протоколом об административном правонарушении. Кроме того, указанному лицу предоставлено право, давать объяснения и замечания по содержанию протокола, которые должны прилагаться к нему (ч.4 ст. 28.2 КоАП РФ). Копия протокола об административном правонарушении вручается под расписку физическому лицу или законному представителю юридического лица (ч. 6 ст. 28.2 КоАП РФ).

В случае неявки лица, в отношении которого составляется протокол (если оно извещено в установленном порядке), протокол составляется в его отсутствие и направляется ему в течение трех дней со дня составления.

К правам лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении относятся: право знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника (ч.1 ст.25.1 КоАП РФ).

Дело об административном правонарушении рассматривается с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении (ч.2 ст. 25.1 КоАП РФ).

В отсутствие указанного лица дело может быть рассмотрено в случаях, если имеются данные о надлежащем извещении лица о месте и времени рассмотрения дела и если от лица не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

По результатам рассмотрения дела об административном правонарушении выносится постановление, в котором, помимо прочего, должны быть разъяснены срок и порядок его обжалования, а при назначении наказания в виде штрафа также указывается информация о получателе штрафа, необходимая в соответствии с правилами заполнения расчетных документов на перечисление суммы административного штрафа (ч.1.1 ст. 29.10 КоАП РФ).

Постановление по делу об административном правонарушении может быть обжаловано в течение десяти суток со дня вручения или получения копии постановления (ч. 1 ст. 30.3 КоАП РФ):
1) вынесенное судьей — в вышестоящий суд;
2) вынесенное коллегиальным органом — в районный суд по месту нахождения коллегиального органа;
3) вынесенное должностным лицом — в вышестоящий орган, вышестоящему должностному лицу либо в районный суд по месту рассмотрения дела;
4) вынесенное иным органом, созданным в соответствии с законом субъекта Российской Федерации, — в районный суд по месту рассмотрения дела.

Лицо может быть привлечено к административной ответственности не позднее двух месяцев, а по делу об административном правонарушении, рассматриваемому судьей – по истечении трех месяцев со дня совершения административного правонарушения, за исключением категорий административных правонарушений, предусмотренных ч.1 ст. 4.5 КоАП РФ, для которых предусмотрен увеличенный срок привлечения к административной ответственности.

Гарантия права на защиту

Судья КС высказал особое мнение о предоставлении адвоката автомобилистам, привлекаемым к административной ответственности

КС РФ отказался принимать к рассмотрению запрос Димитровского районного суда на тему соответствия Конституции РФ положений ч. 1 и 2 ст. 28.6 КоАП. Судья КС РФ Константин Арановский в своем особом мнении указал, что выводы об отсутствии неопределенности в названных законоположениях относительно их соответствия Конституции РФ, к которым пришел КС РФ, обоснованны, однако при этом указал на ряд существенных моментов.

В производстве Димитровского районного суда г. Костромы находится административный материал по жалобе гражданина Евгения Мурныкова на вынесенное в отношении него постановление от 21 марта 2015 г. по делу об административном правонарушении. Мурныков за управление в темное время суток транспортным средством, на котором не работали в установленном режиме внешние световые приборы, был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.5 КоАП, и ему назначено наказание в размере 500 руб. До привлечения к административной ответственности он заявил ходатайство о предоставлении ему возможности воспользоваться услугами адвоката, однако инспектор дорожно-постовой службы отказал ему в этом со ссылкой на отсутствие возможности пригласить адвоката в данный момент. Факт неисправности световых приборов гражданин не отрицал, хотя оспаривал само событие правонарушения, что подтверждается протоколом об административном правонарушении от 21 марта 2015 г., а также протоколом судебного заседания от 17 апреля 2015 г.

Димитровский районный суд в своем запросе утверждает, что эти положения ч. 1 и 2 ст. 28.6 КоАП ограничивают право граждан на получение квалифицированной юридической помощи при привлечении их к административной ответственности, поскольку не позволяют должностному лицу при наличии ходатайства о приглашении адвоката принять решение об отложении вынесения соответствующего постановления, и тем самым противоречат ч. 1 ст. 48 Конституции РФ.

В своем определении КС РФ напомнил, что в сравнении с запрещенными уголовным законом деяниями административные правонарушения представляют собой деяния, которые характеризуются невысокой степенью общественной опасности. Исходя из этих особенностей, Конституционный Суд РФ в постановлении от 16 июня 2009 г. № 9-П применительно к производству по делам об административных правонарушениях отметил, что федеральный законодатель вправе определять пределы целесообразности публичного преследования таким образом, чтобы обеспечить наряду с эффективной государственной, в том числе судебной, защитой прав граждан процессуальную экономию, оперативность при рассмотрении дел и профилактику правонарушений. «Поскольку административные правонарушения в области дорожного движения носят массовый характер и в силу конкретных обстоятельств таких дел, непредоставление адвоката непосредственно на этапе привлечения к административной ответственности (т.е. составления протокола и вынесения постановления по делу об административном правонарушении) не нарушает конституционные права граждан, поскольку в указанных случаях граждане не лишены возможности обратиться к помощи адвоката для защиты своих прав в суде», – отметил КС РФ.

В связи с этим КС определил отказать в принятии к рассмотрению запроса Димитровского районного суда г. Костромы, «поскольку он не отвечает требованиям Федерального конституционного закона “О Конституционном Суде Российской Федерации”, в соответствии с которыми такого рода обращения в Конституционный Суд Российской Федерации признаются допустимыми».

Судья КС РФ Константин Арановский в своем особом мнении указал, что «лицо может настаивать и на участии защитника в рассмотрении дела. В частности, если лицо предоставит достоверную информацию о том, что у него есть профессиональный защитник (адвокат), который обязался (согласился) прибыть на место рассмотрения дела и в состоянии это сделать в разумно назначенный срок, чтобы участвовать в нем за счет лица, привлекаемого к административной ответственности, этому лицу и его защитнику не может быть отказано в возможности знакомиться с материалами дела (данными фиксации, объяснениями свидетелей и др.), давать свои объяснения, представлять доказательства, возражения, заявлять ходатайства, отводы и др.

По мнению судьи, из ч. 1 ст. 25.1, ч. 5 ст. 25.5 КоАП в их буквальном смысле и в смысловой взаимосвязи с правилами, установленными ч. 4 ст. 28.1 и ч. 1 ст. 29.9 КоАП, следует, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе пользоваться юридической помощью защитника с момента возбуждения этого дела: «Таковы установленные Кодексом условия использования права, предусмотренного статьей 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации. Более того, из решений самого Конституционного Суда Российской Федерации также следует, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, может пользоваться специальными правами, закрепленными частью 1 статьи 25.1 КоАП Российской Федерации, с момента возбуждения дела об административном правонарушении на любой стадии производства по делу (Определение от 24 декабря 2012 года № 2392- О) и что каких-либо ограничений в реализации права пользоваться юридической помощью защитника законодательство об административных правонарушениях не предусматривает (Определение от 16 июля 2013 года № 1180-О)».

Константин Арановский напомнил, что ч. 3 ст. 55 Конституции РФ допускает ограничение прав и свобод человека и гражданина лишь федеральным законом: «Между тем нет закона, допускающего в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 28.6 Кодекса, отказ лицу в праве пользоваться юридической помощью защитника. Иными словами, законных ограничений этого права не существует, во всяком случае, таких, которые были бы установлены недвусмысленно. Расширительное же истолкование закона, следствием которого было бы ограничение прав человека и гражданина, в том числе конституционных и установленных федеральным законом (Кодексом), вряд ли отвечало бы статье 18 Конституции Российской Федерации, в силу которой права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов». «Законные отсрочки и процедуры правовое государство не может считать излишним для себя бременем», – заключает судья КС.

Конференция ЮрКлуба

Нарушение права на защиту.

Злой Антон 11 Окт 2012

Уважаемые коллеги, такая ситуация:

Человек привлекается к административной ответственности по ч.1 ст12.8 КоАП, в первом заседании заявляет ходатайство об отложении разбирательства в связи с необходимостью привлечения в процесс защитника для оказания ему юридической помощи. Судья удовлетворяет данное ходатайство и откладывает процесс на 4 часа)))) Естественно за такое время человек не нашел защитника и если бы даже и нашел то защитник бы не успел ознакомиться с материалами дела и сформировать и выстроить защиту интересов доверителя. В следующем заседании судья вынесла постановление о лишении прав))) Думаю что не предоставление разумного срока для реализацию права на получение юридической помощи гарантированное нам КРФ является основанием для отмены постановления. Какие будут мысли коллеги?

RandomX 11 Окт 2012

Alderamin 11 Окт 2012

Человек привлекается к административной ответственности по ч.1 ст12.8 КоАП, в первом заседании заявляет ходатайство об отложении разбирательства в связи с необходимостью привлечения в процесс защитника для оказания ему юридической помощи. Судья удовлетворяет данное ходатайство и откладывает процесс на 4 часа)))) Естественно за такое время человек не нашел защитника и если бы даже и нашел то защитник бы не успел ознакомиться с материалами дела и сформировать и выстроить защиту интересов доверителя. В следующем заседании судья вынесла постановление о лишении прав))) Думаю что не предоставление разумного срока для реализацию права на получение юридической помощи гарантированное нам КРФ является основанием для отмены постановления. Какие будут мысли коллеги?

Мысль одна — и нахрен Вы всё это написали?

Злой Антон 12 Окт 2012

Alderamin , Написал я это, потому, что считаю данное действие судьи неправомерным и нарушающим право человека на защиту. И мне интересно послушать мнения других членов юр. клуба.

RandomX ,Нет он узнал раньше о дате заседания, но права ему разъяснили только в первом судебном заседании, после этого он захотел реализовать свое право на защиту и получению юридической помощи. И полагаю 4 часа недостаточный промежуток времени для поиска представителя)))

RandomX 12 Окт 2012

Alderamin , Написал я это, потому, что считаю данное действие судьи неправомерным и нарушающим право человека на защиту. И мне интересно послушать мнения других членов юр. клуба.

RandomX ,Нет он узнал раньше о дате заседания, но права ему разъяснили только в первом судебном заседании, после этого он захотел реализовать свое право на защиту и получению юридической помощи. И полагаю 4 часа недостаточный промежуток времени для поиска представителя)))

Я вообще считаю, что вся жизнь несправедлива, сначало надо учитсья потом работать, жаль что суду вообще пофиг. Если человек до судебного заседания не знал, что он может обратиться за консультацией к юристу, то у него большие конечно проблемы по жизни.
Сообщение отредактировал RandomX: 12 Октябрь 2012 — 15:28

Злой Антон 12 Окт 2012

RandomX , Судебный порядок рассмотрения дел об административных правонарушениях подразумевает обязательное создание судом условий, необходимых для осуществления права на защиту лицом, привлекаемым к административной ответственности.
В соответствии со статьей 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника, а также иными процессуальными правами.
В силу требований статьи 25.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в производстве по делу об административном правонарушении может участвовать защитник. В качестве защитника к участию в производстве по делу об административном правонарушении допускается адвокат или иное лицо. ( ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 17 ноября 2010 г. N 4-АД10-7 )

вопрос № 12 обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за 4-й квартал 2008 года указано: «если лицо, привлекаемое к административной ответственности, устно в судебном заседании заявит ходатайство или предоставит суду письменное заявление о привлечении представителя к участию в деле об административном правонарушении, то такой представитель должен быть допущен к участию в деле об административном правонарушении».

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РФ в ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 5 февраля 2004 г. N 25-О установил что, в статье 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации положение о том, что каждому гарантируется получение квалифицированной юридической помощи, означает конституционную обязанность государства обеспечить каждому желающему достаточно высокий уровень любого из видов предоставляемой юридической помощи.

Поэтому думаю, что право ЛВОКа на получение квалифицированной юридической помощи нарушено, а это право гарантировано КРФ. Или неужели 4 часа на поиск представителя это разумный срок))) Тогда можно и пол часа дать)

08 сентября 2009 г. г. Москва

Заместитель председателя Московского городского суда Дмитриев А.Н., рассмотрев жалобу Животовского С.Г. на постановление мирового судьи судебного участка №235 Нагорного района г. Москвы от 26.05.2009 г. и решение судьи Чертановского районного суда г. Москвы от 10.07.2009 г. по делу об административном правонарушении,

Постановлением мирового судьи судебного участка № 235 Нагорного района г. Москвы от 26.05.2009 г. Животовский С.Г. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.10 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 4 месяца.

Решением судьи Чертановского районного суда г. Москвы от 10.07.2009 г. постановление мирового судьи судебного участка №235 Нагорного района г. Москвы от 26.05.2009 г. оставлено без изменения, а жалоба Животовского С.Г. – без удовлетворения.

В настоящей жалобе Животовский С.Г. выражает несогласие с названными судебными постановлениями, ссылаясь на то, что мировым судьей было нарушено его право на защиту, поскольку им было письменно заявлено ходатайство об отложении судебного заседания для привлечения к участию в производстве по делу об административном правонарушении защитника, однако мировой судья необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства, что вменяемого правонарушения он не совершал, а также на то, что мировым судьей также необоснованно было отклонено ходатайство об истребовании выписки из журнала дежурного по переезду.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, нахожу постановление мирового судьи судебного участка №235 Нагорного района г. Москвы от 26.05.2009 г. и решение судьи Чертановского районного суда г. Москвы от 10.07.2009 г. подлежащими отмене по следующим основаниям.

При рассмотрении дела мировым судьей установлено, что 01.05.2009 г. в 18 часов 35 минут водитель Животовский С.Г., управляя автомобилем марки «Фольксваген» государственный регистрационный знак О 202 УВ 97, следовал в г. Москве по Варшавскому шоссе, в районе дома №26 нарушил требования п.15.3 ПДД РФ, выехал на железнодорожный переезд при запрещающем сигнале светофора. Указанными действиями Животовский С.Г. совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст.12.10 КоАП РФ.

В соответствии со ст.24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Согласно ч.1 ст.25.1 КоАП РФ лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника, а также иными процессуальными правами в соответствии с настоящим Кодексом.

Из материалов дела следует, что Животовский С.Г. заявил ходатайство об отложении рассмотрения дела для привлечения к участию защитника, однако, мировым судьей в удовлетворении ходатайства было отказано со ссылкой на то, что копию протокола об административном правонарушении он получил 01.05.2009г., с момента составления протокола имел возможность воспользоваться помощью защитника, ознакомился с материалами дела 25.05.2009г. с применением фотосъемки и также имел возможность воспользоваться помощью защитника.

Такой мотив отказа в удовлетворении ходатайства следует признать необоснованным и нарушающим право Животовского С.Г. на защиту, предусмотренное ч.1 ст.25.1 КоАП РФ, поскольку указанное ходатайство было заявлено на первом судебном заседании, после разъяснения мировым судьей Животовскому С.Г. его процессуальных прав, однако, мировой судья не предоставил возможности Животовскому С.Г. их реализовать. С учетом срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ст.4.5 КоАП РФ мировой судья имел возможность отложить рассмотрение дела.

Указанное нарушение закона не получило должных внимания и оценки судьи Чертановского районного суда при рассмотрении жалобы на постановление мирового судьи.

Таким образом, постановление мирового судьи и решение судьи районного суда по делу подлежат отмене.

В соответствии с п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ истечение срока давности привлечения к административной ответственности является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Исходя из положений ст.4.5 и ст.30.7 КоАП РФ по истечении срока давности вопрос об административной ответственности лица, в отношении которого ведется производство по делу, обсуждаться не может, в связи с чем производство по делу подлежит прекращению в соответствии с п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.30.13, ст.30.17, ст.30.18 Кодекса РФ об административных правонарушениях,

Постановление мирового судьи судебного участка №235 Нагорного района г. Москвы от 26.05.2009 г. и решение судьи Чертановского районного суда г. Москвы от 10.07.2009 г. в отношении Животовского С.Г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.10 КоАП РФ отменить, производство по делу прекратить на основании п.6 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Московского городского суда А.Н. Дмитриев

Таким образом отложение разбирательства на 4 часа это тот же отказ)

Альвец 12 Окт 2012

Злой Антон 12 Окт 2012

RandomX 12 Окт 2012

Альвец ,Так самое интересное, что ЛВОК не был ознакомлен со своими правами при составлении протокола, не получал копию, в протоколе нет подписи ЛВОКа.

Адвокат положен всем

Рассмотрение вопроса проводилось в рамках изучения жалобы жительницы Санкт-Петербурга Валентины Михайловой. В 2007 году она принимала участие в несанкционированном «Марше несогласных» в центре Северной столицы и была задержана за нарушение порядка и неповиновение сотрудникам полиции, то есть нарушения, предусмотренные КоАП РФ.

При рассмотрении дела в суде Михайловой было отказано в предоставлении бесплатного защитника, поскольку в отличие от уголовного судопроизводства административный процесс обязательного участия адвоката не предусматривает. Однако заявительница посчитала, что тем самым было нарушено ее конституционное право на судебную защиту.

Изучив обстоятельства дела, КС РФ пришел к выводу, что жалоба Михайловой не подлежит рассмотрению, поскольку присужденное лично ей наказание в виде штрафа в размере 500 рублей не уравнивает ее с уголовниками. Жалоба в интересах неопределенного круга лиц и вне связи с конкретным делом не может быть рассмотрена в Конституционном суде Российской Федерации. В то же время, отметили судьи, в соответствии с гарантиями Конституции РФ, а также международными правовыми актами и практикой Европейского суда по правам человека гражданин вправе защищать себя как самостоятельно, так и с помощью выбранного им защитника из числа адвокатов или иных лиц. И такое право распространяется в том числе и на административное судопроизводство.

Поскольку сейчас это положение в законе не закреплено, федеральный законодатель имеет право конкретизировать условия обеспечения юридической помощью лиц, в отношении которых ведется производство по делу об административном правонарушении.

То есть право на адвоката, в том числе бесплатного, в этом случае не является обязательным, но признается допустимым.

— Многие из административных правонарушений все же слишком незначительны для того, чтобы на них распространять регулирование, предусмотренное нормами уголовного права и уголовного процесса, — пояснил судья Конституционного суда РФ Александр Бойцов. — Вместе с тем мы сочли необходимым подчеркнуть, что поставленный вопрос может приобретать существенное конституционное значение в тех случаях, когда обусловленная привлечением к административной ответственности степень реального вторжения в конституционные права и свободы данного лица сопоставима с мерами уголовно-правового воздействия.

Права водителю нужно разъяснять

Права водителю нужно разъяснять

(из судебной практики)

Согласно требований п. 8 ч.2 ст. 30.6 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении проверяются на основании имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов законность и обоснованность вынесенного постановления.

Исходя из положений ч.1 ст. 1.6 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного взыскания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности. Судебный порядок рассмотрения дел об административных правонарушениях подразумевает обязательное создание судом условий, необходимых для осуществления права на защиту лицом, привлекаемым к административной ответственности.

Пунктом 5 ч.1 ст. 29.7 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации установлено, при рассмотрении дел об административных правонарушениях лицам, участвующим в рассмотрении дела, разъясняются их права и обязанности.

В соответствии с ч.1 ст. 25.1 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника, а также иными процессуальными правами в соответствии с настоящим Кодексом.

Судом установлено, что при рассмотрении дела мировым судьей не выполнены требования п. 5 ч.1 ст. 29.7 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, . привлекаемому к административной ответственности по Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации не были разъяснены его права, предусмотренные административным законодательством.

Факт разъяснения прав в административном производстве подтверждается протоколом судебного заседания, либо специальным бланком (подпиской) – в тех случаях, когда протокол судебного заседания не ведется.

Из материалов дела следует, что протокол судебного заседания мировым судьей не велся, отдельный бланк протокола (подписки) разъяснения прав . отсутствует.

Не выполнение мировым судьей положений Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, обеспечивающих создание надлежащих процессуальных условий для справедливого судебного разбирательства, повлекло нарушение прав . на судебную защиту, предусмотренную ст. 25.1 ч.1 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

Не разъяснение лицу, привлекаемому к административной ответственности, прав предусмотренных ч.1 ст. 25.1 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации является существенным нарушением порядка привлечения лица к ответственности и влечет отмену постановления по делу об административном правонарушении.

В соответствие с п. 4 ч.1 ст. 30.7 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административных правонарушениях выносится решение об отмене постановления, и о возвращении дела на новое рассмотрение судье, в орган, должностному лицу правомочным рассмотреть дело, в случаях существенного нарушения процессуальных требований, предусмотренных настоящим Кодексом, если это не позволило всесторонне полно и объективно рассмотреть дело.

Право на защиту коап

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ

Право на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях :

Право на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях : Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. Последние годы в России проводятся существенные преобразования в сфере исполнительной и судебной власти. Изменения действующего законодательства затронули и сферу административно-юрисдикционного процесса, и сферу административно-юрисдикционного судопроизводства. Эти изменения, несомненно, обуславливают актуальность исследования вопросов, связанных с совершенствованием защиты индивида в его отношениях с публичной властью. Осуществление реформ невозможно без должной теоретической проработки и четкой концептуальной базы. Возможности применения мер административного принуждения со стороны государства должен противостоять адекватный процессуальный механизм защиты личности от незаконного (необоснованного) привлечения к административной ответственности.

Административно-правовые запреты присутствуют практически в любой области общественной жизни. Ежегодно к административной ответственности привлекаются десятки миллионов граждан и юридических лиц. При этом правом применения административных наказаний наделены более шестидесяти юрисдикционных органов (должностных лиц), зачастую рассматривающих необходимость обеспечения прав и законных интересов лиц, в отношении которых ведется производство, как лишнюю деталь в налаженном и работающем механизме. Как следствие, в таких условиях часто допускаются нарушения прав и свобод лиц, в отношении которых ведется производство по делам об административных правонарушениях, о чем красноречиво свидетельствуют данные судебной статистики. Изложенное свидетельствует в пользу того, что гарантии защиты прав и законных интересов лиц в производстве по делам об административных правонарушениях требуют дальнейшего совершенствования.

Проблема обеспечения права на защиту лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не нашла и должного теоретического осмысления. Отсутствие монографических работ в условиях действующего российского законодательства на исследуемую тему осложняет реализацию конституционного права на защиту и снижает эффективность закрепления составляющих его правомочий в нормативно-правовых актах.

Исходя из этого, исследование вопросов обеспечения права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях в условиях построения правового государства, проводимой в стране судебной и административной реформы, с которой связаны кардинальный пересмотр, кодификация и систематизация законодательства, представляется своевременным и отвечающим задачам российского государства на современном этапе его развития.

Степень научной разработанности темы диссертационного исследования. В полном объеме проблема права на защиту лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, исследовалась лишь однажды в работе В. А. Мельникова[1]. Однако данная работа основана на нормах уже недействующего Кодекса РСФСР об административных правонарушениях[2] и

не затрагивает проблемы обеспечения права на защиту в административном судопроизводстве.

В течение нескольких десятилетий советского периода развернутое исследование субъективного права на защиту осуществлялось в рамках науки уголовно-процессуального права. Целенаправленному изучению права обвиняемого на защиту посвящены работы таких ученых, как В. Е. Гулиев, И. Д. Перлов, Г. М. Резник, Ф. М. Рудинский, М. М. Славин, Ю. И. Стецовский, М. С. Строгович, А. Л. Цыпкин и др.

Отдельные вопросы обеспечения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, права на защиту получили отражение в трудах ученых-административистов: Д. Н. Бахрах, М. Я. Масленникова, Э. Н. Ренова, Б. В. Российского, Н. Г. Салищевой, Ю. Н. Старилова, М. С. Студеникиной, Ф. Д. Финочко и др.

Объект исследования. Объектом диссертационного исследования выступают общественные отношения, складывающиеся в процессе осуществления права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях.

Предмет исследования. Предметом диссертационного исследования являются теоретические и практические аспекты реализации права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях.

Цель и задачи диссертационного исследования. Цель настоящей работы — на основе определения и теоретического обоснования понятия и содержания права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях и анализа практических аспектов административно-юрисдикционного процесса и судопроизводства выявить имеющиеся недостатки и выработать предложения по усовершенствованию комплекса юридических гарантий осуществления права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях.

Поставленная цель определяет следующие задачи диссертационного исследования:

— осуществить анализ сложившихся концепций понимания права на защиту в рамках общей теории права, конституционного, административного и уголовно-процессуального права;

— определить понятие и содержание права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях;

— исследовать основные принципы и юридические гарантии, обеспечивающие реализацию права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях;

— провести анализ основных процессуальных полномочий, составляющих содержание права на защиту, на отдельных стадиях производства по делам об административных правонарушениях;

— на основе анализа юридических гарантий права на защиту выявить недостатки правового регулирования производства по делам об административных правонарушениях;

— определить основные направления совершенствования административно-юрисдикционного процесса и административно-юрисдикционного судопроизводства;

— сформулировать конкретные рекомендации по совершенствованию действу-

ющего Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях[3] (далее — КоАП РФ).

Методологические и теоретические основы исследования. При проведении настоящего исследования использовался диалектико-материалистический метод познания социальных и правовых явлений, общенаучные и частнонаучные методы: системно-структурный, логико-юридический, сравнительно-правовой, статистический, метод классификации и другие.

Теоретическую основу исследования составляют труды по общей теории права С. С. Алексеева, Н. В. Витрука, О. С. Иоффе, Н. И. Матузова и др. Научно-теоретическую базу диссертационного исследования составили также работы ученых в области конституционного, гражданско- и уголовно-процессуального права: С. Г. Барановой, Б. Н. Габричидзе, В. Е. Гулиева, В. А. Патюлина, И. Д. Перлова, Г. М. Резника, И. В. Решетниковой, Ф. М. Рудинского, М. М. Славина, Ю. И. Стецовского, М. С. Строговича, А. Л. Цыпкина, В. В. Яркова и др.

Комплексное исследование проблемы права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях предполагает обращение к работам, посвященным исследованию проблем административно-правового статуса гражданина в административно-юрисдикционном процессе и административном судопроизводстве. Теоретическими источниками диссертационного исследования в данной области явились труды Д. Н. Бахрах, И. И. Веремеенко, И. А. Галагана, О. Н. Дядькина, А. Б. Зеленцова, М. Я. Масленникова, В. А. Мельникова, И. В. Пановой, Э. Н. Ренова, Б. В. Российского, П. П. Сергуна, В. Д. Сорокина, Ю. Н Старилова, Н. Г. Салищевой, Ф. Д. Финочко, С. Д. Хазанова, А. Ю. Якимова и др.

Теоретико-правовая основа исследования. Теоретическое исследование проводилось на основе анализа норм международных правовых актов, Конституции РФ[4], федеральных конституционных законов, федеральных законов и других нормативных правовых актов, а также судебных актов и иных документов Конституционного Суда РФ, Пленумов Верховного Суда РФ (далее — ВС РФ) и Высшего Арбитражного Суда РФ.

Автором проведен анализ ранее действовавшего законодательства в исследуемой области, а также изучены проекты федеральных законов, представляющих интерес для темы диссертационного исследования.

Эмпирическая база исследования включает документальные материалы и статистические данные административных и судебных органов. Автором изучено более 150 архивных дел об административных правонарушениях, рассмотренных Сахалинским областным судом, а также более 300 дел, рассмотренных Арбитражным судом Сахалинской области.

При проведении диссертационного исследования автор использовал практический опыт защиты лиц, в отношении которых возбуждалось производство по делам об административном правонарушении, а также личный опыт научно-исследовательской работы на кафедрах юридического профиля ряда вузов.

Научная новизна исследования. В настоящей работе впервые комплексно на основе действующего законодательства исследованы вопросы права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях.

Новизной отличается ряд положений, разработанных в диссертации. К ним можно отнести следующие: уточнение юридического понятия права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях; классификация процессуальных полномочий, составляющих содержание права на защиту, по их целевой направленности; разделение права на защиту на отдельные составляющие элементы субъективного права; определение содержания принципа обеспечения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, права на защиту; разработка нового процессуального механизма возбуждения дела об административном правонарушении; выработка рекомендаций по совершенствованию правовых и организационных основ деятельности правоприменительных субъектов по обеспечению права на защиту на отдельных стадиях производства по делам об административных правонарушениях и др.

С учетом этого в работе сформулированы следующие основные положения, выносимые на защиту:

1) Предмет права на защиту составляют законные интересы лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. Законный интерес при этом состоит в том, чтобы при возбуждении дела об административном правонарушении и при его рассмотрении или пересмотре, а также при применении мер обеспечения производства по делу были всесторонне, полно, объективно и своевременно собраны и проверены все доказательства, исследованы все обстоятельства, которые свидетельствуют в пользу лица, в отношении которого ведется производство по делу, оправдывают его или смягчают ответственность, чтобы указанному лицу была обеспечена возможность представлять доводы и доказательства в свое оправдание или для смягчения своей ответственности, а также с целью неприменения по отношению к нему мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении. Материальный интерес лица законен всегда, в рамках же процессуального интереса возможны как законные, так и незаконные интересы, выражающиеся в стремлении использовать законные или незаконные средства защиты соответственно.

2) Пределы осуществления лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, права на защиту ограничиваются прямыми запретами законодательных актов. Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе защищать свои права и законные интересы, используя любые законные средства защиты. В связи с изложенным, ст. 25.1 КоАП РФ следует изложить в такой редакции, из которой бы следовало, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе защищать свои права и законные интересы не только способами и средствами, предусмотренными КоАП РФ, но и иными, прямо не запрещенными законом.

3) Юридическая характеристика понятия и содержания права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях. Право на защиту есть гарантированная мера возможного поведения лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, выражающаяся в совокупности правовых возможностей для доказывания невиновности либо смягчения административной ответственности; в возможности требовать от судьи, должност-

ных лиц, органа, прокурора, в производстве которых находится дело, исполнения обязанностей, корреспондирующих правам данного лица, а также в возможности обжаловать их действия (бездействие) и решения.

4) Российский административно-юрисдикционный процесс существует в форме инквизиционного процесса с элементами состязательности. Административно-юрисдикционное судопроизводство, осуществляемое судами общей юрисдикции, также характеризуется наличием лишь отдельных элементов состязательности. Состязательность явным образом проявляется только при рассмотрении дел об административных правонарушениях арбитражными судами. В целях построения единой состязательной модели административно-юрисдикционного судопроизводства необходимо законодательно закрепить в рамках судов общей юрисдикции процессуальный статус органа, должностного лица, составивших протокол об административном правонарушении, в качестве стороны процесса, осуществляющей обвинительную функцию.

5) Принцип обеспечения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, права на защиту является внутриотраслевым принципом административного права. В целях придания данному принципу свойств стабильности и общеобязательности существует объективная необходимость прямого закрепления принципа обеспечения права лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, на защиту в отдельной статье КоАП РФ. Автором предложена следующая редакция данной статьи:

«Статья 1.5.1. Обеспечение лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, права на защиту

1. Лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, обеспечивается право на защиту, которое оно может осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя.

2. Судья, прокурор, должностное лицо разъясняют лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, его права и обеспечивают ему возможность защищаться всеми не запрещенными законом способами и средствами».

6) Каждое лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, должно обладать равными возможностями для реализации права на защиту, независимо от того, в какой форме возбуждено дело. Закрепленный КоАП РФ механизм возбуждения дела об административном правонарушении предполагает неравные возможности для реализации права на защиту лицам, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении.

Так, в ситуации, когда при первом применении мер обеспечения производства по делу составление протокола откладывается до момента окончания соответствующих процессуальных действий или осуществляется в процессе их применения, обеспечительные меры фактически применяются к лицу, не имеющему определенного административно-правового статуса в административно-юрисдикционном процессе, поскольку Кодекс четко связывает момент возбуждения дела с составлением определенного документа. При таких обстоятельствах лицо, не вовлеченное в административно-юрисдикционный процесс в установленном законом порядке, не имеет процессуальных прав, что делает крайне затруднительным реализацию им права на защиту.

Также нарушение должностным лицом, уполномоченным составлять протокол об административном правонарушении, сроков его составления при невозможности назначить административное расследование влечет ситуацию, когда лицо, в отношении которого дело уже возбуждено в порядке п. 3 ч. 4 ст. 28.1 КоАП РФ либо не возбуждено вовсе, в течение длительного периода времени находится в своего рода «процессуальном вакууме», что не позволяет ему воспользоваться на этапе установления фактических обстоятельств дела процессуальными возможностями, аналогичными тем, которыми наделен подозреваемый при проведении административного расследования.

В связи с чем предлагается:

— моментом возбуждения дела об административном правонарушении считать не момент составления первого протокола о применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, а момент их фактического применения к лицу, в отношении которого возбуждается дело;

— проводить административное расследование в любом случае, если процессуальные действия должностного лица осуществляются более двух суток.

7) Автором предложен ряд новелл:

а) В целях устранения возможности злоупотребления правами должностными лицами юрисдикционных органов следует закрепить необходимость привлечения понятых для засвидетельствования отказа лица от получения копии протокола об административном правонарушении.

б) Существует объективная необходимость предоставления судье (должностному лицу), рассматривающему жалобу на постановление по делу об административном правонарушении, возможности по собственной инициативе восстановить срок на обжалование, если последний пропущен.

в) Имеется необходимость в возложении на судью, орган, должностное лицо, вынесших постановление о назначении административного наказания, обязанности приостановить исполнение обжалованного постановления, которое к моменту подачи жалобы уже приводится в исполнение.

Теоретическая значимость исследования. Сформулированные в диссертации основные положения и выводы, касающиеся права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях, опубликованные научные статьи, выступления на различных научно-практических конференциях вносят вклад в развитие института административной ответственности. Результаты настоящей работы обобщают, развивают и дополняют научные знания о праве на защиту и могут быть использованы в ходе дальнейшей научной разработки проблем, связанных с обеспечением права на защиту лицам, привлекаемым к юридической ответственности.

Практическая значимость диссертационного исследования заключается в том, что в нем сформулированы практические рекомендации по совершенствованию организационно-правовых основ административно-юрисдикционного процесса и административно-юрисдикционного судопроизводства. Выводы, рекомендации и предложения, сформулированные на основе проведенного исследования, могут быть использованы в правотворческой работе при подготовке изменений и дополнений действующего КоАП РФ и принятии Кодекса административного судопроизводства, а также в практической деятельности правоприменительных органов.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации содержатся в научных публикациях, опубликованных в журналах и сборниках

научных трудов, а также прошли апробацию на региональных и межвузовских научно-практических конференциях. Результаты диссертационного исследования использовались в учебном процессе при проведении лекционных и семинарских занятий по курсам «Административное право», «Административная ответственность» в Южно-Сахалинском филиале Российского государственного торгово-экономического университета и Южно-Сахалинском институте экономики, права и информатики.

Структура диссертации определяется целью и задачами диссертационного исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, объединяющих шесть параграфов, и списка использованных источников.

Основное содержание работы

Во введении обосновывается актуальность темы, определяются предмет, цели и задачи диссертационного исследования, характеризуется научная новизна и практическая значимость результатов исследования, раскрываются положения, выносимые на защиту, а также приводятся данные об апробации результатов диссертационного исследования и структуре диссертации.

Глава первая — «Сущность и содержание права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях» — состоит из трех параграфов.

В первом параграфе — «Право на правовую защиту как субъективное конституционное право» — в целях наиболее глубокого понимания права на защиту автором предпринята попытка систематизированного научного осмысления понятия «правовая защита» и установления его содержания.

Конституция РФ во главу угла становления и развития правового государства ставит защиту прав и свобод личности (ст. 2, 18). Однако само понятие «защита» трактуется Конституцией РФ достаточно широко, что обосновывает необходимость уяснить содержание этого понятия.

В юридической науке используется два разных термина — «защита» и «охрана». По мнению диссертанта, охрана представляет собой более широкое понятие и подразумевает все юридические средства обеспечения прав и интересов личности; защита же — это предусмотренные законом меры, применяемые при посягательстве на право, выражающемся в его нарушении, ограничении или возникновении реальной угрозы такого нарушения или ограничения.

Основной закон выделяет государственную, правовую и судебную защиту (ст. 45, 46). Понятие «право на правовую защиту» напрямую в Конституции РФ не закреплено и существует в России только в научной литературе, что, соответственно, приводит к различным заключениям о его содержании. На основе анализа субъективных прав человека, направленных на восстановление нарушенного права, закрепленных международными актами, а также Конституцией РФ, диссертантом выявлено содержание права на правовую защиту. По мнению автора, составными элементами (правомочиями) права на правовую защиту являются: право гражданина обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления; право человека самостоятельно защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом; право на судебную защиту; право на обжалование в суд решения и действия (или бездействия) органа государственной

власти, органа местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц; право на обращение в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все внутригосударственные средства правовой защиты; право на получение квалифицированной юридической помощи; право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц; право лица, привлекаемого к юридической ответственности, на защиту.

Диссертантом обосновывается спорность отнесения правомочий, составляющих содержание права на правовую защиту, к числу личных прав и свобод граждан (Н. П. Фарберов) или к политической группе прав (Н. В. Витрук). Поскольку конституционное право на правовую защиту взаимосвязано со всеми правами личности в самых различных сферах общественной жизни, диссертант соглашается с теми авторами, которые выделяют права личности, связанные с защитой ее основных благ, в отдельную группу конституционных прав, не связанных с комплексом социальных, экономических, политических, личных и культурных прав (С. Г. Баранова, В. Е. Гулиев, Ф. М. Рудинский, К. Б. Толкачев, А. Г. Хабибулин) и поддерживает примененное С. Г. Барановой наименование рассматриваемой группы конституционных прав — правозащитные права.

С учетом проведенного исследования диссертантом сделан вывод о наличии системы правозащитных прав человека, включающих конституционные права и свободы человека и гражданина, имеющие целью защиту прав и свобод личности и составляющие в совокупности самостоятельное конституционное право на правовую защиту, одним из элементов которого выступает право лица, привлекаемого к юридической ответственности, на защиту.

Во втором параграфе — «Понятие и содержание права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях» — раскрывается сущность и содержание права лица, привлекаемого к юридической ответственности, на защиту в рамках производства по делам об административных правонарушениях.

В диссертации приведен сравнительный анализ точек зрения на содержание производства по делам об административных правонарушениях. Автор приходит к выводу, что производство по делам об административных правонарушениях может осуществляться в форме административно-процессуальной деятельности (административно-юрисдикционный процесс) и в форме правосудия (административно-юрисдикционное судопроизводство).

Диссертант отмечает, что если рассматривать защиту в широком смысле как разнообразную деятельность по охране прав и свобод человека от всевозможных нарушений и ограничений, возмещению ущерба, причиненного правам и свободам человека, то можно утверждать, что и лицо, в отношении которого ведется производство по делу, и потерпевший обладают различными процессуальными правами, конкретизирующими конституционное право на правовую защиту. Если же подходить к праву на защиту в узком смысле как к совокупности процессуальных прав, предоставленных лицу, для защиты от привлечения к юридической ответственности, субъектом права на защиту будет являться лишь лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. Именно право на защиту в узком смысле является предметом исследования диссертанта.

Анализ процессуальных правомочий субъекта права на защиту приводит автора к выводу, что объем правомочий, составляющих содержание права на защиту, не одинаков и варьируется в зависимости от стадии производства. Это обусловило

необходимость выделения из понятия «лицо, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении» ряда терминов, которые более точно характеризуют его правовое положение на различных стадиях производства и уже достаточно широко используются учеными-административистами в юридической литературе, однако с различным содержательным объемом: лицо, подозреваемое в совершении административного правонарушения (А. Б. Агапов, А. С. Дугенец, В. А. Мельников, Ю. Н. Мильшин); лицо, обвиняемое в совершении административного правонарушения (В. Балакшин, Д. Н. Бахрах, В. Н. Комлев, И. Хаменушко, И. Шеленков); лицо, в отношении которого вынесено постановление.

С учетом того, что исследование права на защиту требует раскрытия того, на что оно направлено и к чему стремятся субъекты, его реализующие, диссертантом сформулирован предмет права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях.

С точки зрения субъективного юридического права предметом конкретных предусмотренных законом прав лица служат его законные интересы. По мнению автора, при определении законного интереса лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, нельзя исходить из заранее принятого мнения о его виновности в силу провозглашенного КоАП РФ принципа презумпции невиновности. Именно поэтому диссертант не соглашается с теми авторами, которые утверждают, что законный интерес заключается только в том, чтобы были выяснены и учтены все смягчающие вину обстоятельства и наказание было назначено лицу в меру его действительной вины, а все иные интересы лица, в частности, например, избежать административной ответственности, являются незаконными и, следовательно, защите не подлежат (В. А. Мельников, Я. В. Серебряков). Автор полагает, что законный интерес лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, состоит в том, чтобы при возбуждении дела об административном правонарушении и при его рассмотрении или пересмотре, а также при применении мер обеспечения производства по делу были всесторонне, полно, объективно и своевременно собраны и проверены все доказательства, исследованы все обстоятельства, которые свидетельствуют в пользу лица, в отношении которого ведется производство по делу, оправдывают его или смягчают ответственность, чтобы указанному лицу была обеспечена возможность представлять доводы и доказательства в свое оправдание или для смягчения своей ответственности, а также с целью неприменения по отношению к нему мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

Диссертант приходит к выводу, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе занимать любую позицию с целью избежания ответственности или ее смягчения, однако отстаивать ее возможно исключительно законными средствами. С указанных позиций автор утверждает, что материальный интерес лица (стремление уйти от ответственности) всегда законен, в рамках же процессуального интереса возможны как законные, так и незаконные интересы, выражающиеся в стремлении использовать законные или незаконные (например, фальсификация доказательств, клевета и др.) средства защиты соответственно.

Вопрос о законности средств защиты исследуется автором посредством установления пределов допустимой защиты как границ реализации субъективного права на защиту. Диссертант обращает внимание, что Основной Закон допускает воз-

можность использования любых способов защиты, кроме тех, которые запрещены законом, в то время как ст. 25.1 КоАП РФ предоставляет лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, возможность пользоваться процессуальными правами только «в соответствии» с КоАП РФ. С учетом содержания ч. 2 ст. 45 Конституции РФ автор утверждает, что приведенный в КоАП РФ перечень прав, предоставленных лицу, в отношении которого ведется производство по делу, не является исчерпывающим, и оно вправе защищать свои права и законные интересы и иными способами, прямо не запрещенными законом. С учетом изложенного автором предлагается редакция ст. 25.1 КоАП РФ, предполагающая, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе защищать свои права и законные интересы не только способами и средствами, предусмотренными КоАП РФ, но и иными, прямо не запрещенными законом.

В целях установления содержания права на защиту диссертант условно классифицирует процессуальные возможности, предоставленные лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в зависимости от: источников, закрепляющих те или иные права лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении; характера использования правомочий в стадиях производства; целевой направленности предоставления лицу того иного субъективного права.

Проведенное автором исследование позволило ему сформулировать определение права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях. Право на защиту есть гарантированная мера возможного поведения лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, выражающаяся в совокупности правовых возможностей для доказывания невиновности либо смягчения административной ответственности; в возможности требовать от судьи, должностных лиц, органа, прокурора, в производстве которых находится дело, исполнения обязанностей, корреспондирующих правам данного лица, а также в возможности обжаловать их действия (бездействие) и решения.

Название третьего параграфа — «Принципы и юридические гарантии, обеспечивающие реализацию права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях» — полностью отражает предмет исследования.

Под системой гарантирования прав понимается совокупность общих (социально-экономических, политических, идеологических) и юридических гарантий, обеспечивающих фактическую реализацию и охрану (защиту) прав и свобод человека и гражданина. Автор дает краткую характеристику общим гарантиям и особое внимание уделяет юридическим гарантиям права на защиту, под которыми он понимает установленные законом средства, обеспечивающие и охраняющие реализацию лицом, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, права на защиту. К средствам охраны диссертант относит меры контрольно-надзорного характера; юридические меры защиты управомоченного; меры юридической ответственности обязанных лиц и органов; меры профилактики и предупреждения нарушений; рассмотрение жалоб и заявлений и др. К средствам реализации прав — установление их пределов; юридические факты, с которыми связывается их реализация; процессуальные формы реализации; меры поощрения и льготы для стимулирования правомерной инициативной реализации прав.

Автор отмечает отсутствие в юридической литературе единого мнения относительно круга принципов производства по делам об административных право-

нарушениях. Однако любой из выделяемых различными учеными принципов, по мнению автора, так или иначе направлен на обеспечение права на защиту. Учитывая достаточно широкий круг принципов производства по делам об административных правонарушениях, диссертант обратился к исследованию трех из них, которые, на его взгляд, наиболее тесно связаны с правом на защиту: принцип состязательности, принцип презумпции невиновности, принцип обеспечения права на защиту.

Многие ученые-административисты склоняются к мнению, что принцип состязательности присущ производству по делам об административных правонарушениях (Ф. П. Васильев, Ю. М. Козлов, М. Я. Масленников, И. В. Панова и др.). Однако автор полагает, что говорить о наличии данного принципа на протяжении всего производства по делу неверно.

Проведенное автором исследование, направленное на выявление признаков состязательной формы процесса (разделение процессуальных функций между различными субъектами и равенство органов административного преследования и лица, в отношении которого ведется производство), приводит его к выводу, что российский административно-юрисдикционный процесс существует в форме инквизиционного процесса с элементами состязательности: субъект административной юрисдикции соединяет в своих руках все три процессуальные функции (защиты, административного преследования, разрешения дела), лицу же, в отношении которого ведется производство по делу, предоставляется право возражать против предъявленного обвинения. Аналогичный вывод сделан диссертантом в отношении формы административно-юрисдикционного судопроизводства, осуществляемого системой судов общей юрисдикции. Отсутствие стороны обвинения вынуждает судей принимать на себя отдельные функции по осуществлению административного преследования, по существу возлагая на них и функцию обвинения, и функцию разрешения дела, что представляется недопустимым. В целях построения состязательной модели административно-юрисдикционного судопроизводства в рамках судов общей юрисдикции, по мнению автора, необходимо законодательно закрепить процессуальный статус органа, должностного лица, составивших протокол об административном правонарушении, в качестве стороны процесса, осуществляющей функцию административного преследования, так, как это сделано в арбитражно-процессуальном законодательстве.

Диссертант отмечает, что судебно-арбитражная модель административно-юрисдикционного судопроизводства существенным образом отличается от модели, существующей в рамках судов общей юрисдикции. Четкое разделение функций административного преследования, защиты и юстиции в рамках арбитражного процесса, а также равноправие сторон позволяют автору сделать вывод о состязательной форме административно-юрисдикционного судопроизводства, осуществляемого арбитражными судами.

В диссертации приветствуется расширение сферы действия принципа презумпции невиновности, закрепленного в ст. 49 Конституции РФ, посредством распространения его не только на уголовную, но и на административную ответственность. Автором раскрывается содержание указанного принципа и отмечается, что специфической особенностью действия презумпции невиновности в производстве по делам об административных правонарушениях является предоставление права признать лицо виновным в совершении административного правонарушения не только судье, но и органам, должностным лицам, рассмотревшим дело.

КоАП РФ не содержит прямого указания на принцип обеспечения права на защиту. Однако его наличие в системе принципов производства по делам об административных правонарушениях зачастую подчеркивается различными учеными-административистами (И. А. Галаган, Д. Н. Бахрах, Ф. П. Васильев, Э. Н. Ренов, Н. Г. Салищева, Ф. Д. Финочко, А. Ю. Якимов и др.).

Диссертант отмечает, что содержание принципа обеспечения права на защиту не сводится к установленной совокупности процессуальных возможностей. Принципом должно признаваться не само право на защиту, а именно обеспечение этого права. С учетом того, что КоАП РФ закрепляет широкий круг юридических гарантий и принципов, направленных на обеспечение права на защиту, принцип его обеспечения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, следует признать внутриотраслевым принципом административно-процессуального права. Однако, по мнению автора, в целях придания данному принципу свойств стабильности и общеобязательности существует объективная необходимость прямого закрепления принципа обеспечения права лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, на защиту в отдельной статье КоАП РФ, редакция которой предложена автором.

Вторая глава — «Реализация права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях» — посвящена комплексному исследованию содержания права на защиту на отдельных стадиях производства.

Данное исследование автор начинает с первой стадии производства по делам об административных правонарушениях — стадии возбуждения дела и предварительной проверки (расследования) обстоятельств дела, — что нашло отражение в первом параграфе — «Право на защиту на стадии возбуждения дела об административном правонарушении».

Начальным этапом первой стадии производства по делам об административных правонарушениях является этап возбуждения дела. Именно с момента возбуждения дела лицо считается вовлеченным в административно-юрисдикционный процесс.

Существующий механизм вовлечения лица в производство по делам об административных правонарушениях не позволяет последнему в полной мере воспользоваться своим правом на защиту. Изъяны процедуры видятся автору в первую очередь в процессуальном оформлении факта начала производства по делу. Так, п. 2 ч. 4 ст. 28.1 КоАП РФ связывает момент возбуждения дела с моментом составления первого протокола о применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 27.1 КоАП РФ. При этом Кодекс допускает производить документальное оформление процессуальных действий, связанных с применением мер по обеспечению производства по делу, уже после их осуществления. В ситуации, когда при первом применении мер обеспечения производства по делу составление протокола откладывается до момента окончания соответствующих процессуальных действий или осуществляется в процессе их применения, обеспечительные меры фактически применяются к лицу, не имеющему определенного административно-правового статуса в административно-юрисдикционном процессе.

Разрешение указанной проблемы диссертант видит в том, что момент возбуждения дела об административном правонарушении следует связывать не с составлением первого протокола о применении мер обеспечения производства по делу, а с моментом фактического применения к лицу принудительных мер.

Автор также обращает внимание на необходимость предоставления гарантий осуществления группы процессуальных возможностей, связанных с информированием подозреваемого лица о его правах и обязанностях, а также основаниях возбуждения дела об административном правонарушении. Между тем действующее законодательство не предусматривает обязанности должностного лица разъяснить подозреваемому его права и обязанности в случае, когда дело возбуждается посредством применения обеспечительных мер (за исключением административного задержания). Очевидно, что лицо, в отношении которого впервые применяются меры обеспечения, оказывается явно в неравном положении относительно тех лиц, в отношении которых дело возбуждается в иных формах. В связи с изложенным автор предлагает дополнить КоАП РФ нормативными положениями, согласно которым в обязанности должностного лица, возбуждающего дело посредством применения меры обеспечения производства по делу, входило бы устное объявление лицу о возбуждении в отношении него дела об административном правонарушении с доведением до его сведения повода для возбуждения дела, данных, указывающих на наличие события административного правонарушения, а также с обязательным разъяснением лицу его прав и обязанностей.

Второй этап первой стадии производства по делам об административных правонарушениях, представляющий собой совокупность процессуальных действий, направленных на установление фактических обстоятельств дела, берет свое начало с момента возбуждения дела об административном правонарушении и продолжается до момента составления протокола об административном правонарушении либо прекращения производства по делу.

Диссертант отмечает, что этап установления фактических обстоятельств дела существенным образом затрагивает права и обязанности подозреваемого лица, следовательно, последнее должно быть в обязательном порядке поставлено в известность о том, что в отношении него субъектом юрисдикции проводится сбор информации и осуществляются иные процессуальные действия, требующие значительных временных затрат. При возбуждении дела путем назначения административного расследования лицо, подозреваемое в совершении административного правонарушения, информируется об этом. Однако проведение административного расследования возможно лишь после выявления административных правонарушений в четко определенных частью 1 ст. 28.7 КоАП РФ сферах. Практика же показывает, что зачастую и при производстве по делам о других административных правонарушениях требуются значительные временные затраты, что вынуждает субъектов юрисдикции нарушать установленные ст. 28.5 КоАП РФ сроки для составления протокола об административном правонарушении. Нарушение указанных сроков при невозможности назначить административное расследование влечет ситуацию, когда лицо, в отношении которого дело уже возбуждено в порядке п. 3 ч. 4 ст. 28.1 КоАП РФ либо не возбуждено вовсе, в течение длительного периода времени находится в своего рода «процессуальном вакууме», что не позволяет ему воспользоваться на этапе установления фактических обстоятельств дела процессуальными возможностями, аналогичными тем, которыми наделен подозреваемый при проведении административного расследования. Зачастую такое лицо вообще не поставлено в известность о том, что субъектом юрисдикции проводятся какие-либо процессуальные действия по факту выявленного административного правонарушения. При этом субъекты административной юрисдикции осуществляют предварительные действия по сбору доказательств,

тождественные по своему внутреннему содержанию с административным расследованием, вне какой-либо процессуальной формы, что также следует признать существенным недостатком существующего механизма.

В связи с изложенным, автор считает целесообразным проведение административного расследования в любом случае, если процессуальные действия должностного лица осуществляются более двух суток. В указанных целях автор предлагает проект новой редакции ст. 28.7 КоАП РФ.

Кроме того, диссертант констатирует, что выполнение задач производства по делам об административных правонарушениях возможно лишь при условии проведения полностью беспристрастного административного расследования. Невозможность заявления отвода лицу, проводящему административное расследование, по мнению автора, значительно ограничивает права лица, в отношении которого ведется производство по делу. На основании изложенного автор приходит к выводу, что ст. 28.7 КоАП РФ необходимо дополнить нормой, устанавливающей обстоятельства, исключающие возможность проведения административного расследования должностным лицом, а также порядок заявления и рассмотрения отвода и самоотвода.

С момента возбуждения дела об административном правонарушении к участию в производстве по делу допускается защитник. Автор обращает внимание, что Кодекс не устанавливает обязательных требований к форме доверенности, выдаваемой защитнику, не являющемуся адвокатом. При таких обстоятельствах диссертант полагает необходимым дополнить ч. 3 ст. 25.5 КоАП РФ предложением: «Полномочия адвоката, иного лица, оказывающего юридическую помощь, могут быть определены также в письменном или устном заявлении доверителя, занесенном в протокол об административном правонарушении и другие протоколы, предусмотренные настоящим Кодексом».

По окончании этапа установления фактических обстоятельств дела возникает необходимость процессуального оформления результатов расследования посредством составления протокола об административном правонарушении либо вынесения постановления о прекращении дела.

Автор обращает внимание на то обстоятельство, что если порядок действий должностных лиц, составивших протокол об административном правонарушении, в случае отказа лица от его подписания законом четко определен, то порядок действий субъекта юрисдикции в случае, если лицо откажется получить копию протокола, никак не урегулирован. Отсутствие правового регулирования действий субъекта юрисдикции в указанном случае порождает широкое поле для злоупотребления правами недобросовестными должностными лицами юрисдикционных органов, поскольку позволяет последним вносить изменения в ранее составленные протоколы либо вовсе их фальсифицировать. При таких обстоятельствах лицо, в отношении которого ведется производство по делу, может быть незаконно лишено возможности представить свои объяснения, а также возможности реализации иных правомочий, составляющих содержание права на защиту.

Устранение возможности злоупотребления правами должностными лицами юрисдикционных органов автор видит в законодательном закреплении необходимости привлечения понятых для засвидетельствования отказа лица от получения копии протокола об административном правонарушении.

Во втором параграфе — «Право на защиту на стадии рассмотрения дела об административном правонарушении» — рассматриваются теоретические и практические аспекты реализации права на защиту на названной стадии.

Стадия рассмотрения дела об административном правонарушении является центральной стадией административно-юрисдикционного процесса и административно-юрисдикционного судопроизводства.

Этап подготовки дела к рассмотрению предваряет непосредственное рассмотрение дела по существу. Именно начиная с этого этапа лицо, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, имеет возможность заявить отвод субъекту административной юрисдикции, чего он не вправе был сделать на более ранних этапах производства по делу. Однако, по мнению автора, реализация права на отвод фактически не обеспечена правовыми гарантиями, поскольку согласно ч. 3 ст. 29.3 КоАП РФ заявление об отводе рассматривается судьей, органом, должностным лицом, в производстве которых находится дело. Очевидно, что если субъект юрисдикции действительно заинтересован в исходе дела, то заявлять самоотвод он не будет, равно как и не станет удовлетворять заявление об отводе.

В связи с изложенным автор полагает целесообразным передать разрешение вопроса об отводе лица, единолично рассматривающего дело, начальнику (его заместителю) соответствующего юрисдикционного органа либо председателю (его заместителю) суда. Вопрос об отводе должностного лица при рассмотрении дела в коллегиальном составе должен разрешаться этим же составом суда в отсутствии должностного лица, которому заявлен отвод.

Наряду с рассмотрением заявлений об отводе и ходатайств обвиняемого важнейшее значение на этапе подготовки дела к рассмотрению имеет обязанность юрисдикционного органа известить лицо о времени и месте рассмотрения дела. Автор обращает внимание, что под «надлежащим извещением» лица должно пониматься извещение, которое произведено с помощью средств связи, позволяющих установить именно факт получения лицом необходимой информации, а не факт ее направления лицу, как зачастую понимается юрисдикционными органами.

При этом диссертант не соглашается с правовой позицией Пленума ВС РФ, согласно которой лицо, в отношении которого ведется производство по делу, считается извещенным о времени и месте рассмотрения дела и в том случае, когда с указанного им места жительства (регистрации) поступило сообщение о том, что оно фактически не проживает по этому адресу[5]. Данная позиция обоснована тем, что при ином подходе имеется возможность для лиц, совершивших административное правонарушение и изобличенных в этом, избежать заслуженного наказания путем банального уклонения от явки для рассмотрения дела. Однако, по мнению автора, практика уклонения от ответственности должна устраняться не за счет ограничения права на защиту, а посредством оптимизации деятельности самих органов юрисдикции, в частности за счет увеличения штата государственных служащих и судей, повышения уровня их профессионализма, а также соблюдения процессуальных сроков, установленных для субъектов юрисдикции. Возможность избежания ответственности виновным несет гораздо меньше вреда государственным и общественным интересам, нежели привлечение к ответственности невиновного лица. Автор полагает, что лицо (орган), рассматривающее дело об административном правонарушении, не может рассматривать дело, если для него является очевидным,

что обвиняемый не извещен о месте и времени рассмотрения дела. В таком случае юрисдикционный орган обязан отложить рассмотрение дела и предпринять иные возможные меры в целях его извещения.

Автор также обращает внимание на недостаточное, по его мнению, отражение принципа непосредственности в нормах КоАП РФ, регламентирующих процедуру разбирательства дела. От того, насколько глубоко данный принцип реализован законодателем в нормах закона, существенным образом зависит и степень гарантирования права на защиту. В целях реализации принципа непосредственности на стадии рассмотрении дела диссертант предлагает дополнить перечень процессуальных действий, содержащихся в ч. 2 ст. 29.7 КоАП РФ, указанием на обязанность судьи, органа, должностного лица, рассматривающих дело, огласить все материалы дела, не ограничиваясь оглашением протокола об административном правонарушении. Автор также полагает, что рассмотрение дел об административных правонарушениях должно сопровождаться обязательным ведением протокола, на который лицо вправе приносить свои замечания, поскольку фиксация отдельных процессуальных действий и решений является дополнительной гарантией права на защиту.

Наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, устанавливаются субъектом юрисдикции на основании имеющихся в деле доказательств. Неравное положение субъектов административной юрисдикции и лиц, в отношении которых осуществляется производство по делу, является основанием для особого распределения бремени доказывания, которое имеет первостепенное значение, являясь важнейшей гарантией права обвиняемого на защиту. Как следует из принципа презумпции невиновности, лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не обязано доказывать свою невиновность. Изложенное означает, что последнее полностью освобождено от обязанности представления доказательств, в том числе и в подтверждение обоснованности своих возражений.

Стадия рассмотрения дела завершается этапом доведения вынесенного постановления до сведения заинтересованных лиц (органов). Объявление постановления — составная часть этого этапа, которая является одним из способов реализации права обвиняемых на защиту.

Параграф завершается сравнительным анализом процедуры рассмотрения дел об административных правонарушениях в порядке административно-юрисдикционного судопроизводства системами арбитражных судов и судов общей юрисдикции, который приводит автора к выводу, что различия в процедуре рассмотрения дел судами и арбитражными судами столь существенны, что приходится констатировать нарушение конституционного принципа единства средств судебной защиты.

Автор рассматривает два основных способа унификации процедуры рассмотрения дел судами и арбитражными судами. Первый способ предполагает появление на уровне федерального закона норм, регламентирующих процессуальный порядок судебного рассмотрения дел об административных правонарушениях, основанных на единых принципах (П. И. Кононов, Е. Ю. Хохлова, М. В. Чепурных и др.). Второй способ подразумевает внесение изменений в нормы о подведомственности дел либо изменение самой судебной системы Российской Федерации посредством передачи всех дел об административных правонарушениях, подведомственных судам, в ведение судов общей юрисдикции (М. Я. Масленни-

ков) либо путем создания специализированных административных судов (С. В. Комлев, Б. В. Российский и др.). По мнению диссертанта, идеальным результатом судебной и административной реформы будет являться создание специализированных административных судов, к подведомственности которых, наряду с иными административными делами, входило бы рассмотрение дел об административных правонарушениях на основе единого кодифицированного нормативно-правового акта.

Третий параграф именуется «Право на защиту на стадии пересмотра постановления (решения) по делу об административном правонарушении».

Право на защиту лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, предполагает конкретные гарантии эффективного восстановления в правах посредством пересмотра вынесенного по делу акта.

Реализация права на обжалование постановления лицом, в отношении которого оно вынесено, осуществляется подачей жалобы. Диссертант полагает, что с точки зрения реализации лицами права на обжалование существенным недостатком КоАП РФ представляется отсутствие требований к форме и содержанию жалобы. При таких обстоятельствах автор считает необходимым дополнить КоАП РФ отдельной статьей, закрепляющей требования к содержанию и форме жалобы, и предлагает авторскую редакцию статьи.

В качестве важных гарантий права на защиту диссертант отмечает возможность обращения с жалобой в суд без обязательного предварительного обжалования по административной лестнице, возможность подать жалобу субъекту юрисдикции, которым вынесено постановление по делу, а также освобождение подачи жалобы от обложения государственной пошлиной.

Связь начала течения десятидневного срока на обжалование с днем вручения или получения копии постановления также представляется диссертанту существенной гарантией прав и законных интересов лица, в отношении которого вынесено постановление. По ходатайству лица, подающего жалобу, пропущенный десятидневный срок может быть восстановлен судьей или должностным лицом, правомочными рассматривать жалобу. По мнению автора, наличие законодательно установленного срока, в пределах которого заинтересованные лица должны определиться с волеизъявлением на обращение с жалобой, не может рассматриваться как препятствие для реализации ими права на обжалование. Однако диссертант задается вопросом, почему разрешение вопроса о восстановлении пропущенного срока ставится законодателем в зависимость от наличия соответствующего ходатайства лица, если воля последнего на обжалование уже выражена в самом действии — в подаче жалобы? Автор обращает внимание, что вопрос о пропуске десятидневного срока должен быть поднят в ходе рассмотрения жалобы независимо от того, было ли заявлено ходатайство о восстановлении срока. КоАП РФ не предусматривает возможности отказа в принятии жалобы и ее возвращения заявителю, в связи с чем жалоба, поданная с пропуском десятидневного срока на обжалование, подлежит обязательному принятию. Судья (должностное лицо), установив при рассмотрении жалобы пропуск десятидневного срока, обязан разъяснить лицу, обратившемуся с жалобой, его право на восстановление срока путем заявления ходатайства. И только после заявления последнего судья (должностное лицо) может приступить к его разрешению. Это означает, что в случаях неявки заявителя жалобы, не ходатайствовавшего при подаче о восстановлении пропущенного срока, субъект юрисдикции лишен возможности восстановить

срок, даже если увидит, что он пропущен по уважительной причине (например, к жалобе приложены доказательства позднего получения обжалуемого акта). Автор полагает, что предоставление судье (должностному лицу), рассматривающему жалобу, возможности разрешить вопрос о восстановлении срока по собственной инициативе приведет к упрощению процедуры пересмотра и усилит гарантии реализации права на защиту. В указанных целях автором предлагается редакция изменений в ч. 2 ст. 30.3 КоАП РФ.

Диссертант обращает внимание на то обстоятельство, что восстановление срока на обжалование постановления предполагает правовую фикцию: признается, что обжалуемое постановление в законную силу не вступало, несмотря на то, что в течение определенного промежутка времени между датой истечения десятидневного срока и моментом восстановления срока на обжалование оно фактически находилось на стадии исполнения как вступившее в силу. В течение указанного периода времени не вступившее в законную силу постановление может быть приведено в исполнение. Аналогичная ситуация может возникнуть также в случае, когда жалоба подается непосредственно субъекту юрисдикции, уполномоченному ее рассматривать, а должностное лицо (орган), принявший постановление, к моменту истребования материалов дела уже направил обжалованный акт для приведения в исполнение. Кроме того, законом прямо предусмотрена возможность исполнения не вступивших в силу постановлений при назначении наказаний в виде административного ареста и административного приостановления деятельности.

Между тем, по мнению автора, меры административной ответственности, являясь адекватной реакцией государства на правонарушение, должны применяться только при установлении самого факта совершения последнего, что может иметь место лишь после вступления постановления в законную силу. В противном случае административное наказание применяется в отношении невиновного лица, что прямо и недвусмысленно вытекает из принципа презумпции невиновности.

В связи с изложенным, автором предлагаются дополнения в ст. 30.2 КоАП РФ, суть которых заключается в следующем. В случае подачи жалобы на постановление, приводимое в исполнение либо направленное для приведения его в исполнение, субъект юрисдикции, вынесший данное постановление, приостанавливает его исполнение до вступления в законную силу решения по жалобе. О приостановлении исполнения постановления в день поступления жалобы выносится определение, которое при необходимости немедленно направляется в орган, должностному лицу, приводящим обжалованный акт в исполнение.

В заключении подводятся общие итоги проведенного исследования, в обобщенном виде формулируются основные выводы и результаты диссертационного исследования.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

I. Работы, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, определенных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации:

1. Микулин А. И. Право на защиту на стадии возбуждения дела об административном правонарушении и предварительной проверки обстоятельств дела / А. И. Микулин // Правоведение. Известия высших учебных заведений. — 2008. -№ 3 (278). — С. 133-143. — 0,7 п. л.

2. Микулин А. И. О форме производства по делам об административных правонарушениях / А. И. Микулин // Закон и право. — 2007. — № 4. — С. 61-63. — 0,38 п. л.

3. Микулин А. И. Проблемы неравенства административно-правового статуса лиц, подозреваемых в совершении административных правонарушений / А. И. Микулин // Вестник Поморского университета. Серия «Гуманитарные и социальные науки». — 2006. — № 8. — С. 209-214. — 0,63 п. л.

II. Работы, опубликованные в иных рецензируемых научных изданиях:

4. Микулин А. И. Состязательность в производстве по делам об административных правонарушениях: миф или реальность? / А. И. Микулин // Современная юридическая наука и практика: проблемы и перспективы. Часть I: Материалы научно-практической конференции. — Владивосток: Изд-во Дальневосточного университета, 2007. — С. 87-93. — 0,36 п. л.

5. Микулин А. И. Право на защиту на стадии возбуждения дела об административном правонарушении / А. И. Микулин // Вестник Южно-Сахалинского филиала Дальневосточного юридического института. Южно-Сахалинский филиал ДВЮИ МВД России. — 2006. — № 2 (4). — С. 40-48. — 0,5 п. л.

6. Микулин А. И. Форма производства по делам об административных правонарушениях: состязательность или инквизиционность? / А. И. Микулин // Материалы научно-практической конференции «Экономика, государство, общество на современном этапе: проблемы, опыт, перспективы». — Южно-Сахалинск: Южно-Сахалинский институт (филиал) ГОУ ВПО «РГТЭУ», 2006. — С. 212-217. — 0,3 п. л.

7. Микулин А. И. О предмете права на защиту в производстве по делам об административных правонарушениях: материальные и процессуальные интересы / А. И. Микулин // Вестник Южно-Сахалинского филиала Дальневосточного юридического института. Южно-Сахалинский филиал ДВЮИ МВД России. — 2006. — № 1 (3). — С. 44-49. — 0,3 п. л.

8. Микулин А. И. Право лица, в отношении которого ведется дело об административном правонарушении, на защиту как принцип административно-юрисдикционного процесса / А. И. Микулин // Материалы научно-практической конференции «Экономика, государство, общество на современном этапе: проблемы, опыт, перспективы». — Южно-Сахалинск: Южно-Сахалинский институт (филиал) ГОУ ВПО «РГТЭУ», 2005. — С. 142-144. — 0,13 п. л.

9. Микулин А. И. Принцип обеспечения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, права на защиту / А.И. Микулин // Молодые юристы — науке и практике. Материалы конференции молодых ученых, аспирантов и студентов. — Владивосток: Изд-во Дальневосточного университета, 2005. — С. 56-60. — 0,3 п. л.

10. Микулин А. И. Проблемы реализации субъектами предпринимательской деятельности права на судебную защиту по делам об административных правонарушениях / А. И. Микулин // Материалы научно-практической конференции «Экономика, государство, общество на современном этапе: проблемы, опыт, перспективы». — Южно-Сахалинск: Южно-Сахалинский институт (филиал) ГОУ ВПО «РГТЭУ», 2004. — С. 133-135. — 0,18 п. л.

11. Микулин А. И. Определение вины юридического лица в производстве по делам об административных правонарушениях / А. И. Микулин // Новые проблемы юридической науки: материалы конференции молодых ученых, аспирантов и студентов. — Владивосток: Изд-во Дальневосточного университета, 2004. — С. 64-69. -0,27 п. л.

[1] Мельников В. А. Право лица, привлекаемого к административной ответственности, на защиту: дисс. . канд. юрид. наук/В. А. Мельников. — Волгоград, 1995.

[2] Кодекс РСФСР об административных правонарушениях (утв. ВС РСФСР 20.06.1984 г.) //Свод законов РСФСР. -Т.8.-С. 401.

[3] Кодекс об административных правонарушениях от 30.12.2001 г. № 195-ФЗ // Российская газета. — 2001. — 31 дек. -№ 256.

[4] Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 г.) //Российская газета. -1993. — 25 дек. -№ 237.

[5] П. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» //Российская газета. — 2005. — 19 апр.

Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст книги, значит в каталоге есть только библиографическое описание.