Маклаков юрист

Партнер, Адвокат

Специализация

Профессиональный опыт

Вадим Маклаков является одним из основателей и старшим партнером Бюро с 2005 года, в настоящий момент возглавляет практику Разрешения споров. Работает по юридической специальности с 1993 года, с 1996 по 2005 год был партнёром Адвокатского бюро «Резник, Гагарин и Партнёры».

Вадим Маклаков представляет интересы клиентов в арбитражных судах и судах общей юрисдикции всех инстанций, включая высшие суды России. Опыт Вадима Маклакова включает судебную защиту прав компаний и частных лиц в спорах, связанных с применением корпоративного права и законодательства о ценных бумагах, законодательства о несостоятельности (банкротстве), налогового и земельного законодательства, а также делах, вытекающих из широкого круга обязательственных и вещно-правовых отношений, делах о возмещении убытков, в т.ч. вреда, причиненного преступлением, в спорах о защите деловой репутации и иных частно-правовых и публично-правовых конфликтах.

Недавний опыт включает:

  • Успешное разрешение в Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации резонансного налогового спора по вопросу, связанному с применением правил «тонкой капитализации», по результатам которого Верховным Судом РФ была изменена негативная для налогоплательщиков практика применения п.4 ст.269 НК РФ (дело ООО «Новая Табачная Компания»).
  • Защита интересов ряда компаний, входящих в Группу Компаний «МЕГАПОЛИС», крупнейшего табачного дистрибьютора России, в налоговых спорах о праве налогоплательщика на возврат переплаты по налогу, образовавшейся в результате действий его налогового агента. По результатам рассмотрения дела Высший Арбитражный Суд Российской Федерации обозначил свою позицию, которой он ввел в российскую правоприменительную практику возможность налогоплательщика выбирать способ восстановления нарушенного права: подать соответствующее заявление о возврате излишне уплаченной суммы налога в налоговый орган либо предъявить требование к налоговому агенту, должнику в гражданско-правовом обязательстве, об уплате неисполненного по этому обязательству.
  • Участие в деле о банкротстве ООО «Новая Голландия», осуществлявшей реконструкцию одноименного архитектурного парка в г. Санкт-Петербурге, с общей суммой предъявленных кредиторами требований в размере более $ 85 млн. долларов США.
  • Представительство интересов ООО «Новая Голландия» в споре с ЗАО «Солетаншстрой» (Soletanche Bachy, Франция) в арбитражных судах Северо-Западного округа с суммой исковых требований более $ 2,7 млн. долларов США.
  • Защита в арбитражных судах прав ОАО «Ангарская нефтехимическая компания», включая Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, по спору об исполнении вексельного обязательства, связанного с недружественной попыткой получения контроля над компанией, и суммой исковых требований более $ 300 млн. долларов США.
  • Консультирование и представление интересов группы транспортно-экспедиторских компаний Деловые Линии в арбитражных судах в 22 взаимосвязанных корпоративных спорах. Конфликт завершен урегулированием на условиях клиента.
  • Успешная защита интересов ЗАО «Торговая компания «МЕГАПОЛИС» в судах Центрального арбитражного округа (г.Брянск, г.Тула, г.Калуга) в ходе длительного спора о взыскании с компании 29 млн. рублей ущерба, причиненного пожаром.
  • Судебное представительство Группы Компаний «Меркурий» (розничные сети «Дикси», «Виктория») в споре с основным владельцем и председателем совета директоров ОАО «Московский винно-коньячный завод «КиН», по результатам которого клиенту присуждено более 1 млн долларов США ущерба, причиненного преступлением и процентов за пользование чужими денежными средствами.
  • Успешное представление интересов Группы Компаний«МЕГАПОЛИС», самого крупного в России оптового продавца табачной продукции по эксклюзивным контрактам с JTI, Philip Morris International (PMI), Imperial Tobacco Group в серии споров с ОСАО «Ингосстрах» о взыскании страхового возмещения в порядке суброгации.
  • Успешная защита интересов акционеров крупнейшей в бывшем СССР проектной организации в области строительства предприятий по производству полимерных материалов (Гипропласт) в многолетнем споре об истребовании из незаконного владения здания института, расположенного в г. Москве. По итогам спора в собственность компании возвращено недвижимое имущество, стоимость которого составляет примерно $ 9 млн. долларов США. Последующее участие в цепочке споров, связанных с восстановлением корпоративного контроля над компанией и защитой от реституционных исков, исков о взыскании неосновательного обогащения.
  • Представление интересов ведущей автотранспортной компании «СовИнтерАвтоСервис» в споре с подрядчиком касательно строительства дилерского центра концерна IVECO. В пользу компании присуждено 2 млн долларов США неосновательного обогащения, подрядчику отказано во встречном иске ценой более $ 3 млн. долларов США.
  • Участие в разрешении Московским областным судом административного дела в пользу ПАО «СовИнтерАвтоСервис» об оспаривании результатов определения кадастровой стоимости земельного участка. Кадастровая стоимость принадлежащего обществу земельного участка установлена в размере равном его рыночной стоимости.
  • Разрешение спорной ситуации, связанной с выплатой со стороны СК «ВТБ «Страхование» (топ-10 страховых компаний России) страхового возмещения Медицинскому центру POSEIDONIA (г.Ларнака, Республика Кипр), осуществлявшему дорогостоящее лечение застрахованного лица от декомпрессионной болезни.
  • Успешное досудебное урегулирование спора между топ-менеджером российского стивидорного оператора ОАО «Новороссийский Морской Торговый Порт» и самим портом по вопросам применения налогового и трудового законодательства. В результате переговоров в интересах клиента (президента компании) было заключено соглашение с выплатой со стороны ОАО «НМТП» суммы эквивалентной компенсации.
  • Проведение переговоров от имени международного телеканала о моде WorldFashion с лицом, незаконно администрировавшим в сети «Интернет» доменное имя, которое содержало торговую марку канала (киберсквотинг). В результате проведенных переговоров право администрирования доменного имени было передано компании.
  • Успешная защита деловой репутации президента и владельца ГруппыКомпаний Crocus Group в споре с интернет-ресурсом Compromat.ru.

Образование и допуск к адвокатской практике

Вадим Маклаков окончил Московскую Государственную Юридическую Академию в 1993 году (в настоящее время Московский государственный юридический университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА)). В 1996 году был принят в Московскую городскую коллегию адвокатов, с 2005 года состоит в Адвокатской Палате г. Москвы.

В.А.Маклаков юрист и политик

Главная > Закон >Исторические личности

Глава I. Жизненный путь В.А.Маклакова, формирование его идейно-политических взглядов

§1. Детство, отрочество, юность В.А.Маклакова………………………………7

§2. Маклаков – юрист и политик……………………………………………….15

Глава II. Эмиграционный период В.А.Маклакова

§1. Основные жизненные вехи…………………………………………….……24

Список источников литературы……………………….…………………….….39

Закономерностью исторического пути развития всех стран является стремление к созданию общества с гармонично развитой экономикой и высокой социальной защищенностью её членов. Пытаясь достигнуть этой цели, российское правительство с XIX века проводило ряд реформ и контрреформ. Любое ослабление власти, потеря ею контроля над обществом влекли за собой анархию, разброд и шатание. Попытки же мирного переустройства либо приводили к временным положительным результатам, либо проваливались вообще. С вызреванием необходимости коренных реформ, социально-экономических преобразований, появилась потребность в модернизации государственного строя самодержавной России. Поиск выхода из этого “заколдованного круга” порождал диаметрально противоположные мнения. Революционеры призывали к разрушению государства, а консерваторы стояли на «страже режима».

Первая русская революция 1905 – 1907 гг. создала в стране совершено новую политическую атмосферу. Ослабление цензуры, появление многочисленных легальных партий, созыв Государственных Дум, политизация общества – все это способствовало появлению в России особых групп людей – профессиональных политиков, которые получали возможность активно участвовать и влиять на политическую судьбу своей Родины. Нечто подобное наблюдалось у нас в начале 1990-х годов, после распада СССР, поэтому неудивительно, что конец XIX – начало XX вв. привлекает многих историков и политологов, которые пытались разобраться в современной ситуации.

На сегодняшний день нам известны многие факты и события, имевшие место в ту эпоху, но господство жестких идеологических стереотипов в советской историографии привело к обезличиванию политической истории России. Наиболее ярко это проявлялось при изучении тех партий и их членов, которые после Октябрьской революции 1917 года оказались в оппозиции большевистскому режиму, поэтому изучение их жизненного пути, идейно-теоретического наследия представляется в наше время особенно интересным и важным. Среди них оказалась партия конституционных демократов (кадеты), деятельность и лидеры которой осуждались и критиковались советскими историками. В последнее десятилетие в свет вышло значительное количество работ обеляющих их деятельность и способствующих переоценке их деятельности в целом. 1 .

Василий Алексеевич Маклаков был одним из лидеров кадетской партии, активным участником событий начала ХХ века. На сегодняшний день его жизненному пути, общественным взглядам и политической судьбе посвящено достаточно много разных статей и публикаций. Этот человек был выдающейся и незаурядной личностью, поэтому неудивительно, что сразу же после его смерти стали появляться работы, где современники пытались осмыслить его вклад в политическую историю и общественно-правовую мысль ХХ столетия. Среди них особо выделяется произведение известного литератора и критика Г.В. Адамовича (хорошо знавшего Маклакова в эмиграции) «Василий Алексеевич Маклаков. Политик, юрист, человек», вышедшее в Париже в 1959 году 2 . Их ценность состоит в том, что Адамович не только описывает некоторые события из биографии Маклакова, но и задумывается о том, какой вклад внёс этот человек в политическую и культурную жизнь парижской эмиграции, к каким выводам он приходит, анализируя события многолетней давности.

В воспоминаниях политических лидеров, литераторов, деятелей искусства и культуры мы часто можем встретить имя Маклакова, в связи с событиями Первой русской революции и становлением многопартийности, деятельности Дум в стране. Большинство из его современников, в том числе и идейные противники, считали его непревзойдённым оратором, не утратившим свой дар даже с возрастом. В то же время, в их работах прослеживается линия критики его «особой» позиции в партии, которую занимал лидер её левого крыла, и даже обвинения в неспособности к этому виду деятельности, в приспособленчестве и вере в «последнюю надежду» 1 .

На современном этапе развития исторической мысли у нас в стране начали появляться публикации, посвящённые политическим партиям и их лидерам. В числе исследователей, заинтересовавшихся личностью В.А. Маклакова мы можем назвать Г.З. Иоффе, Н.И. Дедкова и др. 2 . Их статьи носят краткий, описательный характер, и авторы, в большинстве случаев, ограничиваются перечислением основных жизненных вех и должностей, которые Маклаков занимал в течение всей своей жизни, особое внимание уделяя его политическим взглядам эмигрантского периода. Это объясняется тем, что для широкого круга читателей и даже исследователей основная часть мемуарного и публицистического наследия бывшего лидера партии кадетов остаётся недоступным, находясь в Архиве Гуверовского института войны, революции и мира в США.

В связи с этим особо нужно отметить работы О.В. Будницкого 3 , благодаря которому нам стали известны многие письма В.А. Маклакова к Б.А. Бахметеву, А.А. Кизеветтеру, И.И.Тхоржерскому, Н.Н. Чебышеву и др. Их анализ позволяет нам изучить взгляды, представления и умонастроения русской эмиграции «первой волны», к которой принадлежал и Василий Алексеевич Маклаков. Публикации исследователя, который пытается уже не только описать, но и критически подойти к поступкам и взглядам В.А. Маклакова, оценить правильность его оценок российской истории конца XIX – начала XX века можно считать новой ступенью изучения личности этого русского политика и эмигранта. Среди работ зарубежных авторов, затрагивающих этот же вопрос можно обозначить исследования Д. Дэвиса, Н. Тонгур и М. Карповича.

Изучив жизненный путь и взгляды В.А. Маклакова, мы сможем оценить события того времени через призму взглядов русского человека и активного участника революционных событий начала ХХ века. В своих произведениях он, излагая и анализируя события того времени, дает практический и моральный урок политической жизни, того, что может произойти в стране в результате нарушения прав личности, пренебрежения Законом.

ГЛАВА I. Жизненный путь В.А. Маклакова,


формирование его идейно-политических взглядов.

§1. Детство, отрочество, юность В.А. Маклакова.

В.А. Маклаков родился 10 мая 1869 года в семье московских потомственных дворян и землевладельцев. Его мать (урождённая Чередеева), умерла в 1881 году, в 33-летнем возрасте. Она, единственная дочь богатых родителей, получившая прекрасное домашнее образование, посвятившая себя дому и детям, была по характеристике сына, «тепличным растением культурной помещичьей среды». Отец вышел из той же среды, но представлял другую её «разновидность» и своё положение в обществе создал благодаря не многочисленным связям, а собственным трудом и усилиями. Алексей Николаевич Маклаков закончил медицинский факультет и большую часть жизни проработал в Московской глазной больнице ведущим врачом-офтальмологом (получил в 1890 году звание профессора медицинского факультета по кафедре офтальмологии), несколько раз избирался городским земским гласным и состоял в различных кружках естествознания.

В семье, после смерти жены, на попечении отца осталось семь детей. Позже А.Н. Маклаков женился повторно на дочери директора Петровско-Разумовской академии Лидии Филипповне Королёвой (в первом браке Ламовской), которая была известна широкой общественности как автор детских книжек, и публиковала свои произведения под псевдонимом Л. Нелидова. В.А. Маклаков позднее отмечал, что «мачеха принесла с собой атмосферу избранной, писательской интеллигентной среды» и к тому же оказала влияние на семью тем, что «принадлежала к либеральному направлению в литературе» тем самым укрепив общий крен влево, распространявшийся в русском умеренном обществе. Среди её знакомых были Г.И. Успенский, Г.А. Лопатин, Л.И. Мечников, Л.Н. Воронцова и др. 1 .

Судьба каждого члена этой семьи сложилась по-разному. Один из братьев пошел по стопам отца, другой, Николай, поступил на государственную службу и прославился как один из самых реакционных министров императора Николая II, и в связи с приходом к власти партии большевиков был арестован и расстрелян в 1918 году. Одна из сестёр, Ольга, избрала путь сестры милосердия, а другая, Мария, всю жизнь и саму себя отдала брату Василию, став его верным другом, «заботливой нянькой», разделив позже с ним и эмиграцию. Её смерть, по словам Ю.Н. Маклакова, выбила В.А. Маклакова из колеи и впервые в жизни заставила растеряться 1 .

Вспоминая свои детские годы, среду, в которой он вырос, мемуарист отмечал, что мать, будучи очень набожной женщиной, старалась дать своим детям не только хорошее домашнее образование, но и привить у них веру в Бога, чудеса, существование святых мучеников и исцеляющих икон 2 . С родственниками по материнской линии, среди которых было очень много помещиков-землевладельцев, В.А. Маклаков общался мало, но зато среда интеллигентов, знакомых, друзей и просто пациентов его отца оставила отпечаток и повлияла на его взгляды. По его мнению, всех их объединяло то, что «они выступали за Освобождение 61 г., за Великие Реформы», хотя по разному относились к темпам и характеру их проведения. Эти люди, шестидесятники, отрицательно отнеслись к серии террористических актов 1870-1880-х годов, которая велась революционерами, и считали, что долг высших классов был учить народ, помогать ему, а не уступать место. К «простому» народу они относились без признаков высокомерия, не считали его «быдлом», обречённым оставаться внизу; себя не считали «белою костью», но они в себе ценили культуру и образованность и в этом видели своё заслуженное преимущество 3 .

Вопреки воле матери отец определил старшего сына в 5 Московскую гимназию и мальчик был этому даже рад, так как получил возможность расширить свой круг общения. Школа по неволе пробивала первую брешь в «железном занавесе замалчивания». Его успехами учителя были довольны: он не был ленив, имел хорошую память, легко справлялся с грамматическими переводами древних текстов, все экзамены сдавал на «отлично». Общение со сверстниками до известной степени мирило В.А. Маклакова с гимназией, но царившая там атмосфера, призванная воспитывать верноподданных, «формировать новую породу людей» и отвлечь молодёжь от политической смуты, провоцировала некоторых самолюбивых и самостоятельно мыслящих учеников (среди них был и Маклаков) на различные выходки. Вскоре своим поведением он поставил под сомнение свою «благонадёжность», и чуть не лишился права поступления в высшее учебное заведение. С 1872 года для поступления в университет было недостаточно отличной учёбы – надо было иметь «полный балл» по поведению. Директор гимназии ставить его не хотел строптивому ученику, так как это приводило к необходимости вручения золотой медали. В итоге, в нарушении всех правил, выпускник получил серебряную медаль, а в университет было направленно конфиденциальное отношение, где говорилось, что успехи в науках внушили Маклакову «опасное самомнение» и он стал воображать, что общие правила для него не обязательны 1 .

Итак, в 1887 году перед молодым абитуриентом встал вопрос о выборе факультета, к которому он отнесся весьма легкомысленно, зная, что может выбрать другой уже в процессе учёбы. Он отдал документы на естественный факультет, вместо всеми ожидаемого филологического. В первые месяцы учёбы университет казался ему «обетованной землёй, оазисом среди мёртвой пустыни, особенным миром», но вскоре его постигло разочарование, так как пришло понимание, что естествознание не его призвание и атмосфера студенческой жизни «очень далека от заманчивых картин аудиторий», о которых с восхищением писал Ю.М.Лермонтов 2 . Сравнивая две эпохи – время Николая II и Александра III, Маклаков находит много общего в политике правительства по отношению к Университетам. Как и большинство своих современников он приходит к выводу, что правительственная реформа высших учебных заведений была только началом, и указывала направление нового реакционного курса 1 .

Первым проявлением интереса к общественной жизни стало участие Маклакова в различных студенческих «затеях»: организации Московского землячества, института старост, панихиде по Н.Г. Чернышевскому, в студенческом бунте 1887 года, деятельности Хозяйственной комиссии — единственного в то время официального выборного студенческого органа; в организации поездки российского делегата на студенческий съезд в Монпелье и др. Позже, вспоминая эти годы, бывший студент писал, что его деятельность в тот период носила не политический характер, преследовала лишь студенческие интересы, более того, он сам выступал против радикального течения в этой среде, лидерами которого он считал В.М. Чернова и П.А. Аргунова 2 .

Решающим событием в интеллектуальном и духовном развитии молодого человека стала его поездка с отцом в Париж в 1889 году на Всемирную выставку. Там Маклакова заинтересовали не достопримечательности города, а образ жизни его обитателей. Первое время его поражала недопустимая (невозможная) для России того времени оживлённость на улицах: разносчики газет, выкрикивающие политические лозунги, частые митинги, манифестации и речи, активная предвыборная деятельность Палаты депутатов. Важным моментом его путешествия было знакомство с активистами «Генеральной ассоциации студентов Парижа», которые стали его гидами по политическому Парижу. Под их влиянием он становится убеждённым западником и франкофилом, увлекается историей Французской революции и личностью О. Мирабо, который, по его мнению, проводил верную политику компромисса с властью ради проведения необходимых реформ, умело подталкивал к ним и одновременно противостоял крайностям 1 .

Год спустя, Маклаков со своей мачехой едет в Швейцарию. В это время он увлечён теорией И.И. Мечникова об историческом процессе развития общества, которая «внушала, что общественная жизнь сама собой, в силу законов природы, развивается в хорошую сторону, т.е. в сторону уважения к личности. Человечество само собой идёт к лучшему, а не к худшему» 2 . Там же русский студент знакомится с теорией анархизма и её ярким представителем Э. Реклю, который убеждает его перейти на другой факультет.

Вернувшись в Москву В.А. Маклаков обнаружил, что исключён из университета с «волчьим билетом», т.е. без права повторного поступления, но благодаря хлопотам отца, подключившего влиятельных знакомых, отправившегося в Петербург на поклон к директору департамента полиции П.Н. Дурново и министру народного просвещения Н.Д. Делянову, а также поручительство попечителя учебного округа гр. Капниста, привели к отмене этой жестокой меры. Как выяснилось позже, провинившийся студент был исключён за организацию поездки делегата от России на студенческий съезд во Францию, тем самым нарушив Устав 1884 года, жёстко ограничивавший права студентов 3 . «Достаточно этого эпизода, — писал он позднее, — чтобы видеть, что наряду с патриархальным добродушием, государственная власть этого времени могла обнаружить и совершенно бессмысленную жестокость. Ведь это только случай, а вернее сказать «протекция», если распоряжение двух министров меня не раздавило совсем. А сколько было раздавлено и по меньшим предлогам . это был наглядный урок для оценки нашего режима и понимания того, почему позднее у него не оказалось защитников» 4 . Таким образом, Маклаков уже в университете пришёл к пониманию неравноправия и унизительного положения любого человека (даже принадлежащего к привилегированному сословию) в Российской империи того времени.

Не испытывая больше тяги к естественным наукам, он перешёл на исторический факультет, где с удовольствием занимался в классах профессоров В.О. Ключевского, В.Г.Герье, П.Г. Виноградова и др. Под руководством последнего написал работу, которая стала его первым научным опубликованным трудом – «Избрание жребием в Афинском государстве». Глубокое изучение гуманитарных наук, изменение круга общения повлияли на его отношение к революционным настроениям в студенческой среде, он понял, что молодое поколение не должно руководить обществом, а обратить своё внимание на тех, кто «работал в настоящих условиях, стараясь отстаивать то, что было добыто в 60-х годах» 1 .

Первым шагом на дороге перехода от «студенчества» в «общество» было общение с представителями кружка В. Любенкова и «земскими людьми», будущими деятелями Освободительного движения и Конституции – Н.И. Астровым, Н.Н. Щепкиным, В.Н. Челищевым и др. В это же время состоялось более близкое знакомство с Л.Н.Толстым, продлившееся до самой смерти великого писателя. С самоиронией и непоказной скромностью Маклаков объяснял свою дружбу и частые прогулки с писателем тем, что ему (Толстому) надо было отдохнуть, а разговоры с юным студентом не требовали большого умственного напряжения 2 .

Ещё учась на естественном факультете, Маклаков знал о существовании движения «толстовцев». Знакомство с лидером этого движения (М.А. Новосёловым) и его идеями произошло через младшую сестру студента-первокурсника. Суждения и идеи, которых придерживался этот человек, сначала показались ему интересными и увлекательными. Стремясь избежать революционного переворота и захвата власти представителями наиболее радикальных движений, он пытался на практике создать «общество», где живут по справедливости и без насилия. Для реализации своей идеи М.А. Новоселов приобрёл землю в Тверской губернии, Вышневолоцкого уезда, где должна была жить колония единомышленников 1 . Вскоре Маклаков отходит от «толстовства», которое прошло без влияния на строй русского общества, но уважение и понимание главной цели – улучшение мирских порядков через сочетание мира и культуры с учением Христа этих людей он сохранил на протяжении всей своей жизни 2 . В своих воспоминаниях Маклаков акцентирует наше внимание на том, что сам Л.Н. Толстой не считал их своими единомышленниками, так как в отличие от него эти молодые люди хотели построить общество, а не человека. «Это был другой поход к делу, который приближал их к «политикам» и позволял сравнивать толстовцев с ними» 3 .

После сдачи итоговых экзаменов В.А.Маклаков, под давлением нового попечителя округа Н.П. Боголепова, отклонил предложение университета остаться на кафедре для получения учёной степени. Но главной причиной его отказа стало не желание вступать на дорогу, где он мог зависеть от власти и её капризов, к тому же выпускник не чувствовал в себе «жилки настоящего учёного, т.е. искателя истины ради её самой» 4 .

Отбыв воинскую повинность в Ростове и дослужившись до звания «прапорщик запаса», Маклаков начал всерьёз задумываться о своём будущем. После смерти отца в мае 1894 года семья оказалась в затруднительном материальном положении, так как жила в основном на его зарплату, а старший брат ещё не имел профессии и стабильного заработка. Однако одной из главных причин вступления на юридическое поприще он видел в огромной общественной миссии. «Мой короткий жизненный опыт,- писал он много лет спустя,- открыл мне, что главным злом русской жизни является безнаказанное господство в ней «произвола», беззащитность человека против «усмотрения» власти, отсутствие правовых оснований для защиты себя. Защита человека против «беззакония», иначе защита самого «закона» и была содержанием общественного служения – адвокатуры. Право . есть норма, основанная на принципе одинакового порядка для всех. В торжестве «права» над «волей» сущность прогресса. В служении этому – назначение адвокатуры» 1 .

Окончив юридический факультет экстерном за один год, в 1896 году В.А. Маклаков стал присяжным поверенным округа Московской судебной палаты. Сначала он был помощником А.Р. Ледницкого и Ф.Н. Плевако, но скоро, благодаря открывшемуся ораторскому дару и личным качествам, стал одной из «звёзд» русской адвокатуры. Его речи по делу долбенковских крестьян, на процессах Бейлиса и Н.Э. Баумана относятся к лучшим образцам русского судебного красноречия. Он занял «на этом поприще одно из первых мест, как занял бы его всюду, где нужен ум, знания, быстрота, ясность суждений, даровитость» 2 .

Политик, юрист, человек.

В беседах с ближайшими друзьями Маклаков — если порой заходила речь о его будущей биографии — неизменно и настойчиво говорил:

— Пожалуйста, пусть только ничего не пишут о моей деятельности здесь, в эмиграции!

По-видимому, он считал, что основное, важнейшее в его жизни было там, в России. Там он действительно жил, здесь — только доживал. До известной степени это верно в отношении всех русских дореволюционных общественных деятелей, но только до известной степени, и в отношении Маклакова, пожалуй, менее верно, чем для других.

Едва ли у Василия Алексеевича была уверенность, что желание его будет исполнено. Обойти молчанием его деятельность в эмиграции невозможно.

Вероятно, он имел в виду лишь чисто деловую ее сторону, и, чтобы в первой книге о нем не была слишком нарушена его воля, приходится в этой части изложения ограничиться лишь общими сведениями.

Положение Маклакова в качестве российского посла во Франции было с самого начала трудным и неясным. Верительных грамот он не вручил — так как ничего реального уже не представлял. Если бы Временное правительство было восстановлено вне русской территории, посол мог бы сослаться на существование власти, которую по условиям того времени иностранные государства, вероятно, признали бы единственно законной. Но за Маклаковым не было ничего, а советское правительство, наперекор единодушным предсказаниям, все держалось и даже — в согласии с первой фразой Ленина в Смольном после переворота — «занималось социалистическим строительством». Правда, всем казалось, что это лишь отсрочка: пройдет месяц, два, на крайность полгода, и большевики падут. Нет сомнения, что так смотрел на дело и Маклаков. Но надежды оставались надеждами, мнимая «отсрочка» затягивалась. Брестский мир вызвал во Франции общее негодование, а упреки в предательстве особенно у рядового «обывателя», как всегда и во всем и во всем верного своей умственной косности и слепоте,— оказались немедленно перенесены с большевиков на Россию. Брестский мир возбудил русофобию, может недолгое, но тем более ожесточенное, что еще недавно Россия представлялась верной и мощной союзницей.

Маклаков вспоминал это время с горечью и рассказывал о случаях, когда ему приходилось вступаться за русскую честь и указывать, что если: уж критиковать, а тем более, обвинять Россию, то надо бы лучше разбираться в происшедших событиях и знать, кто за них ответственен.

Но его личные свойства, ясность мысли и то благородство, с которым держался в парадоксальной роли посла исчезнувшей великой державы, были оценены в правительственных кругах. Нужен был в самом деле большой природный такт, чтобы найти среднюю линию между ничем не оправданными претензиями и унизительной позой бесправного просителя; Маклаков сразу ее нашел. Конечно, основные вопросы мировой политики в те годы решались негласными диктаторами Вильсоном, Ллойд-Джорджем и Клемансо, а отсутствие России частично развязывало им руки и позволяло поступать так, будто ее не к чему и принимать в расчет. Но когда им случалось с Маклаковым встречаться, они, по-видимому, отдавали себе отчет, что этот человек может их многому в русских делах научить и достоин был бы великую державу представлять.

Показателен в этом отношении рассказ В. В. Вырубова, бывшего в 1919 году управляющим делами Русского политического совещания. В Совещании этом Маклаков был одной из руководящих фигур и – кстати, можно вспомнить — позднее утверждал, что среди его участников особенно оценил Извольского, своего предшественника на посту посла в Париже. Извольский, по его словам, отлично разбирался в международном положении, быстро схватывал чужую мысль, находил правильные решения. Наоборот, Сазонов, бывший министр иностранных дел, Маклакова разочаровал, как человек растерявшийся я сравнительно с Извольским даже малоосведомленный.

По рассказу В. В. Вырубова, на одном из «политических обедов» у Шарля Саломона, устраивавшего у себя по пятницам встречи видных русских и французских деятелей, Дютаста, генеральный секретарь Версальской мирной конференции, сообщил, что утром в этот день Маклаков был приглашен Вильсоном, Ллойд-Джорджем, Клемансо и Орландо высказать свое мнение о предположенном присоединении Бессарабии к Румынии.

Речь свою Василий Алексеевич начал с выражения благодарности за внимание, а затем сказал:

«Господа, давайте мечтать! Я представлю себе, что предо мною находятся свободные люди, которые могут высказывать свободные мнения и принимать свободные решения, а вы вообразите, что перед вами полномочный посол великой России».

Дальше следовал обстоятельный доклад, весь смысл которого был в том, что Бессарабия должна остаться русской. В заключение Маклаков сказал:

«Господа, я кончил. Мечты наши должны кончиться тоже. Передо мною люди, решение которых по настоящему вопросу уже принято, и это решение внушено им не их совестью, а политическими соображениями, важность которых я не оспариваю. А перед вами, господа, человек, не имеющий никаких полномочий, посол, не вручивший своих верительных грамот. И все же я еще раз благодарю вас за то, что выслушать мнение представителя России вы пожелали».

Дютаста добавил: «Я взглянул на Ллойд-Джорджа, на Клемансо, на Вильсона, на Орландо, и мне почудилось, что глаза их стали влажными. Но, может быть, это тоже была только мечта. Вернее было бы предположить, что на глазах этих людей никогда – или, во всяком случае, очень давно — слез не появлялось».

В Париже к тому времени собралось уже довольно много видных русских поли­тических и общественных деятелей с различным прошлым, с различными взглядами, надеждами, расчетами. Объединены они были лишь одним: резко отрицательным отношением к ленинской диктатуре. Но расходились во всем другом.

Гр. Коковцев рассказывает в своих «Воспоминаниях», как был он изумлен, когда в Лондоне исправляющий должность русского посла К. Д. Набоков прочел ему только что полученную из Парижа телеграмму Маклакова о предстоящей мирной конференции и о необходимости добиться участия в ней представителей России. Он, Маклаков, уже снесся по этому вопросу с адм. Колчаком, и состав делегации намечен следующий: Коковцев, Сазонов, Набоков, Гирс, кн. Львов, Извольский, Авксентьев, «еще кто-то из эсэров» и сам Маклаков. Своего изумления Коковцев не скрыл, признал состав предположенного представительства «крайне оригинальным» и выразил уверенность, что никто из русских все равно к полноправному участию в конференции допущен не будет. «Наше согласие или наш протест ведь ничего не стоят».

«Следует думать только об одном и добиваться только одного — интервенции, руками той же Германии, под контролем союзников-победителей уничтожение большевизма и восстановления порядка в России, т. к. без этого Россия погибнет окончательно и станет очагом, из которого яд коммунизма проникнет во весь мир». Ледяным душем или, как он пишет, «полным откровением» была для Коковцсва беседа с французским послом в Лондоне Полем Камбоном. Камбон сказал:

«Никакой интервенции вы не добьетесь, и ее не будет. Мы страшно устали и обескровлены. Мы считаем, что теперь все кончено, и хотим как можно скорее залечить наши раны. Всякий, кто станет говорить о новом усилии в России, встретит самое решительное противодействие, и агитация против этого объединит столько разнообразных элементов, что не устоит никакое правительство. К тому же мы, французы, не одни, а в Англии и еще больше — в Америке положительно никто не желает вмешиваться в русские дела и их не понимает. Рабочим здесь представляется, что ваши привилегированные положения и в глубине души думаете восстановить монархию или что-либо иное, но, во всяком случае, в существе старый порядок».

Маклаков Олег Иванович

Основные данные:

При добавлении отзыва на страницу Маклаков Олег Иванович, постарайтесь быть объективными. Любой комментарий проходит проверку модераторов, это занимает время. Ваши слова должны быть ПОДКРЕПЛЕНЫ ДОКУМЕНТАЛЬНО(чеки, решения суда и пр.)! Оставляйте контакты, иначе ваш отзыв рискует быть удаленным!

Вся доступная информация об адвокате Маклаков Олег Иванович. Информация взята с открытого источника: сайта Минюста РФ и предоставляется посетителям на безвозмездной основе. Если вы Маклаков Олег Иванович и хотели бы дополнить, изменить или удалить информацию о себе, напишите нам письмо.
Данная страница не является официальной страницей адвоката. Данный адвокат не является сотрудником сайта ТопЮрист.РУ и не оказывает здесь консультаций. Если вы хотите решить свою проблему, то воспользуйтесь бесплатной юридической консультацией от наших партнеров.

МАКЛАКОВ ВАСИЛИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

МАКЛАКОВ ВАСИЛИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ — российский по­ли­тический дея­тель, юрист, ме­муа­рист.

С 1887 года учил­ся на фи­зи­ко-ма­те­ма­тическом факультете, за­тем на ис­то­ри­ко-фи­ло­ло­гическом факультете Московского университета (окон­чил в 1894 году); в 1896 году сдал экс­тер­ном эк­за­ме­ны на юри­дический факультет. Ак­тив­ный уча­ст­ник сту­денческого дви­же­ния. На ми­ро­воз­зре­ние Маклакова ока­зал боль­шое влия­ние Л.Н. Тол­стой, с ко­то­рым он на­хо­дил­ся в дру­же­ских от­но­ше­ни­ях (Маклаков — ав­тор ря­да ме­му­ар­ных очер­ков и ста­тей о нём).

С 1896 года при­сяж­ный по­ве­рен­ный. В начале 1900-х годов вме­сте с Н.К. Му­равь­ё­вым, П.Н. Ма­лян­то­ви­чем, Н.В. Тес­лен­ко и другими соз­дал объ­еди­не­ние «Мо­ло­дая ад­во­ка­ту­ра», чле­ны ко­то­ро­го ве­ли за­щи­ту под­су­ди­мых в по­ли­тических про­цес­сах по всей Рос­сии; по­сле ря­да гром­ких про­цес­сов с его уча­сти­ем Маклаков стал од­ним из са­мых по­пу­ляр­ных российских ад­во­ка­тов.

В начале 1900-х годов уча­ст­во­вал в зем­ском дви­же­нии, сек­ре­тарь круж­ка ли­бе­раль­ных зем­цев «Бе­се­да» (1904 год). Один из ос­но­ва­те­лей (1905 год), член ЦК и Московского комитета (с 1906 года) Кон­сти­ту­ци­он­но-де­мо­кра­ти­че­ской пар­тии (КДП), ли­дер её пра­во­го кры­ла. Де­пу­тат Государственной ду­мы 2-4-го со­зы­вов (1907-1917 годы). В пе­ри­од из­би­рательной кам­па­нии в Ду­му 2-го со­зы­ва ру­ко­во­дил ка­дет­ской пар­тий­ной шко­лой ора­то­ров, совместно с А.А. Ки­зе­вет­те­ром под­го­то­вил ру­ко­во­дство для пар­тий­ных ора­то­ров «На­пад­ки на Пар­тию на­род­ной сво­бо­ды и воз­ра­же­ния на них» (1906 год). Совместно с О.Я. Пер­га­мен­том Маклаков со­ста­вил «На­каз» (рег­ла­мент) для Государственной ду­мы (1907 год), ко­то­рый не был при­нят офи­ци­аль­но, но фак­ти­че­ски дей­ст­во­вал.

Маклаков счи­тал, что Ос­нов­ные го­су­дар­ст­вен­ные за­ко­ны 1906 года пре­дос­тав­ля­ли до­ста­точ­но воз­мож­но­стей для со­вер­шен­ст­во­ва­ния об­щественного и по­ли­тического уст­рой­ст­ва стра­ны, и в от­ли­чие от боль­шин­ст­ва других ли­де­ров КДП по­ла­гал не­об­хо­ди­мым со­труд­ни­чать с пра­ви­тель­ст­вом. С одоб­ре­ни­ем от­но­сил­ся к дея­тель­но­сти председателя СМ П. А. Сто­лы­пина, од­на­ко рез­ко кри­ти­ко­вал во­ен­но-по­ле­вые су­ды и прак­ти­ко­вав­шее­ся Сто­лы­пи­ным ут­вер­жде­ние за­ко­но­про­ек­тов в об­ход Государственной ду­мы и Государственного со­ве­та. Вы­ступал про­тив про­грамм­ных тре­бо­ва­ний КДП о при­ну­дительном от­чу­ж­де­нии час­ти ча­ст­но­вла­дельческих зе­мель в поль­зу кре­сть­ян, а так­же о вве­де­нии все­об­ще­го, пря­мо­го, рав­но­го и тай­но­го из­би­рательного пра­ва, скеп­ти­че­ски оце­ни­вая пра­во­со­зна­ние на­род­ных масс.

В 1908 году вы­сту­пил за­щит­ни­ком на про­цес­се по де­лу о бывших чле­нах Государственной ду­мы, под­пи­сав­ших Вы­борг­ское воз­звание, хо­тя са­мо воз­зва­ние не одоб­рял. В 1913 году вме­сте с О.О. Гру­зен­бер­гом и Н.П. Ка­раб­чев­ским за­щит­ник на про­цес­се по Бей­ли­са де­лу; речь Маклакова, по мне­нию со­вре­мен­ни­ков, сыг­ра­ла ре­шаю­щую роль в оп­рав­да­нии М. Бей­ли­са.

С на­ча­ла 1-й ми­ро­вой вой­ны Маклаков ак­тив­но уча­ст­во­вал в дея­тель­но­сти Зем­ско­го сою­за, ра­бо­тал в од­ном из пе­ре­до­вых от­ря­дов Российского общества Крас­но­го Кре­ста. В 1915 году во­шёл в со­став «Про­грес­сив­но­го бло­ка». В 1915-1916 годы рас­смат­ри­вал­ся оп­по­зи­ци­ей как же­ла­тель­ный кан­ди­дат на пост министра юс­ти­ции. Сен­са­цию вы­зва­ла его ста­тья «Тра­ги­че­ское по­ло­же­ние» (газета «Рус­ские ве­до­мо­сти», 1915 год, 27 сентября), где Маклаков в ал­ле­го­рической фор­ме изо­бра­зил Рос­сию в ви­де пас­са­жир­ки ав­то­мо­би­ля, ко­то­рый ве­дёт по гор­ной до­ро­ге не­уме­лый шо­фёр (на­мёк на императора Ни­ко­лая II), не же­лаю­щий пе­ре­дать руль дру­гим. От­кло­нил прось­бу князя Ф.Ф. Юсу­по­ва оказать содействие в ор­га­ни­за­ции убий­ст­ва Г.Е. Рас­пу­ти­на с по­мо­щью чле­нов какой-либо ре­во­люционной ор­га­ни­за­ции, счи­тая, что оно долж­но быть со­вер­ше­но пред­ста­ви­те­ля­ми ари­сто­кра­тии, ина­че убий­ст­во по­те­ря­ет по­ли­тическое зна­че­ние.

В хо­де Февральской ре­во­лю­ции 1917 года ко­мис­сар Временного комитета Государственной ду­мы в Министерстве юс­ти­ции (до на­зна­че­ния министра юс­ти­ции А.Ф. Ке­рен­ско­го); председатель Юри­дического со­ве­ща­ния при Временном пра­ви­тель­стве (март). Член Осо­бо­го со­ве­ща­ния для из­го­тов­ле­ния про­ек­та по­ло­же­ния о вы­бо­рах в Уч­ре­дительное со­б­ра­ние. Край­не скеп­ти­че­ски от­но­сил­ся к пер­спек­ти­вам ли­бе­раль­но-де­мо­кра­тического пре­об­ра­зо­ва­ния Рос­сии в ус­ло­ви­ях ми­ро­вой вой­ны и не­под­го­тов­лен­но­сти бывшей оп­по­зи­ции к государственной дея­тель­но­сти. Уча­ст­во­вал в Государственном со­ве­ща­нии (Мо­ск­ва, август 1917 года), на ко­то­ром вы­сту­пил с при­зы­вом к национальному при­ми­ре­нию. Член Пред­пар­ла­мен­та (сентябрь — октябрь).

Не­за­дол­го до Октябрьской ре­во­лю­ции 1917 года на­зна­чен Временным пра­ви­тель­ст­вом российским послом во Фран­цию, при­был в Па­риж на сле­дую­щий день по­сле при­хо­да боль­ше­ви­ков к вла­сти в Пет­ро­гра­де и ве­ри­тель­ные гра­мо­ты не вру­чил; 17(30) ноября 1917 года при­ка­зом нар­ко­ма иностранных дел Л.Д. Троц­ко­го уво­лен от долж­но­сти, не­смот­ря на это, со­хра­нял ди­пло­ма­тический ста­тус вплоть до при­зна­ния СССР Фран­ци­ей в 1924 году.

В Гражданскую вой­ну 1917-1922 годов за­ни­мал­ся фи­нан­со­вым и ди­пло­ма­тическим обес­пе­че­ни­ем Бе­ло­го дви­же­ния. По ини­циа­ти­ве Маклакова в 1918 году в Па­ри­же об­ра­зо­ва­но Со­ве­ща­ние российских по­слов (Маклаков из­бран его пред­се­да­те­лем). Вхо­дил в состав Русского по­ли­тического со­ве­ща­ния (1918-1919 годы) и Русской по­ли­тической де­ле­га­ции (1919-1920 годы) в Па­ри­же, пред­став­ляв­шие Бе­лое дви­же­ние за гра­ни­цей. Без­ус­пеш­но пы­тал­ся до­бить­ся пред­ста­ви­тель­ст­ва Рос­сии на Па­риж­ской мир­ной кон­фе­рен­ции 1919-1920 годов. В 1924-1957 годы (с пе­ре­ры­вом в 1940-1944 годы) воз­глав­лял Офис по де­лам русских бе­жен­цев во Фран­ции, на­хо­див­ший­ся под двой­ной юрис­дик­ци­ей — Ли­ги на­ций и МИД Фран­ции, ко­то­рый ока­зы­вал юри­дическую и ма­те­ри­аль­ную по­мощь российским эмиг­ран­там. Од­но­вре­мен­но председатель Эмиг­рант­ско­го комитета (1924-1957 годы, с пе­ре­ры­вом в 1942-1944 годы).

Во 2-ю ми­ро­вую вой­ну за­нял ан­ти­на­ци­ст­скую по­зи­цию, в 1942 году аре­сто­ван гес­та­по, че­рез несколько ме­ся­цев ос­во­бож­дён. В 1945 году пы­тал­ся най­ти воз­мож­ность при­ми­ре­ния с советской вла­стью, рас­счи­ты­вая, что она из­ме­нит свою по­ли­ти­ку по­сле вой­ны. По при­гла­ше­нию советского по­сла во Фран­ции Маклаков по­се­тил его ре­зиден­цию во гла­ве груп­пы российских эмиг­ран­тов (12 февраля 1945 года), впо­след­ст­вии счи­тал этот ви­зит ошиб­кой.

Ав­тор ря­да ме­му­ар­но-пуб­ли­ци­стических со­чи­не­ний — «Из про­шло­го» (журнал «Со­вре­мен­ные за­пис­ки», 1929-1936 годы; пе­ре­из­да­но с из­ме­не­ния­ми в книге «Власть и об­ще­ствен­ность на за­ка­те ста­рой Рос­сии», т. 1-3, 1936 год), «Пер­вая Го­су­дар­ст­вен­ная Ду­ма» (1939 год), «Вто­рая Го­су­дар­ст­вен­ная Ду­ма» (без года), «Из вос­по­ми­на­ний» (1954 год). В них Маклаков кри­ти­че­ски рас­смат­ри­вал по­ли­ти­ку КДП и дея­тель­ность её ли­де­ра П.Н. Ми­лю­ко­ва, воз­ло­жил от­вет­ст­вен­ность за ка­та­ст­ро­фические со­бы­тия на ка­де­тов.

Сочнения:

Л.Н. Тол­стой, как об­ще­ст­вен­ный дея­тель. М., 1912;

Не­ко­то­рые до­пол­не­ния к вос­по­ми­на­ни­ям Пу­риш­ке­ви­ча и кн. Юсу­по­ва об убий­ст­ве Рас­пу­ти­на // Со­вре­мен­ные за­пис­ки. 1928. Кн. 34;

1905-1906 го­ды // М.М. Ви­на­вер и рус­ская об­ще­ст­вен­ность на­ча­ла XX в. Па­риж, 1937;

Ка­нун ре­во­лю­ции // Но­вый жур­нал. 1946. Кн. 14;

Ере­ти­че­ские мыс­ли // Там же. 1948. Кн. 19-20;

Ре­чи: су­деб­ные, дум­ские и пуб­лич­ные лек­ции. 1904-1926. Па­риж, 1949;

«Боль­ше­визм есть не­сча­стье, но не­сча­стье за­слу­жен­ное»: Пе­ре­пис­ка В.А. Мак­ла­ко­ва и А.А. Ки­зе­вет­те­ра // Ис­точ­ник. 1996. № 2;

«Ос­та­вим свя­точ­ные те­мы и пе­рей­дем к ев­рей­ско­му во­про­су»: (Из пе­ре­пис­ки В.А. Мак­ла­ко­ва и В.В. Шуль­ги­на) // Ев­реи и рус­ская ре­во­лю­ция. М.; Ие­ру­са­лим, 1999;

«Со­вер­шен­но лич­но и до­ве­ри­тель­но!»: Б.А. Бах­ме­тев — В.А. Мак­ла­ков: Пе­ре­пис­ка. 1919-1951: В 3 т. М.; Стэн­форд, 2001-2002;

Из пе­ре­пис­ки В.А. Мак­ла­ко­ва и В.В. Шуль­ги­на // Ис­то­рия и ис­то­ри­ки. 2006. Ис­то­рио­гра­фи­че­ский вест­ник. М., 2007.