Дискриминация в картинках

Сообщить о нарушении

Одно из важнейших направлений работы «Выхода» — мониторинг дискриминации ЛГБТ в Санкт-Петербурге и Ленинградской области.

Мы записываем и обрабатываем (систематизируем) информацию о нарушениях прав ЛГБТ в Санкт-Петербурге и Ленинградской области для того, чтобы использовать эти данные в борьбе за наши с вами права.

Систематизированные данные мониторинга (анонимизированные, т.е. без личных данных пострадавших) включаются в ежегодный доклад уполномоченного по правам человека в Санкт-Петербурге, в доклады правозащитных организаций, а также в доклад «Российской ЛГБТ-сети» о положении ЛГБТ в России. Информация, собранная в рамках мониторинга, используется при работе с государственными органами, СМИ и широкой общественностью.

Пожалуйста, расскажите нам о случаях нарушений ваших прав!

Что это может быть? Возможно.
— вы подверглись физическому насилию или оскорблениям из-за вашей сексуальной ориентации или гендерной идентичности;
— вас отказались принимать на работу, узнав о вашей ориентации или увидев несоответствие между внешностью и полом в паспорте;
— с вами расторгли договор аренды квартиры, обнаружив, что вы живете с партнеркой или партнером своего пола;
— вам отказали в согласовании уличной акции, ссылаясь на недопустимость «пропаганды гомосексуализма»;
— вас отчислили из ВУЗа, узнав о вашем участии в ЛГБТ-мероприятии и многое-многое другое.

Расскажите о дискриминации:
— заполните форму (ниже на этой странице);
— позвоните по телефонам: +7 (812) 242 54 69, +7 (921) 380 72 80 (Джонни Джибладзе);
— напишите на e-mail: monitoring@comingoutspb.ru.

Только вместе мы остановим насилие — не молчите!

«Как девчонка»: Дискриминация женщин и меньшинств в спорте

Дискуссия о сексизме в спорте пошла на новый виток после недавнего скандала с участием капитана сборной России по теннису Шамиля Тарпищева — он назвал доминирующих в женском теннисе последние 12 лет сестер Уильямс «братьями», намекая на их менее женственный вид, в сравнении с российскими теннисистками. Ассоциация женского тенниса (WTA) дисквалифицировала Тарпищева на год, а теннисное сообщество, в том числе и любимица отечественной публики Мария Шарапова, единогласно осудило его высказывание. Впрочем, российских любителей тенниса это не слишком впечатлило, «совсем достали со своей толерантностью» — одна из самых мягких формулировок, которые можно было услышать в качестве реакции на произошедшее.

Текст: Артём Гордин

Американская теннисистка Серена Уильямс во время поединка с румынкой Симоной Халеп, октябрь 2014

И само это событие, и реакция на него мало кого удивили — в том, что сексизм и другие формы дискриминации в спорте повсеместны, неизбежны и являются «нормой», мало кто сомневается, а меры, принимаемые федерациями и ассоциациями по этой части, большинству кажутся показушными и неэффективными. Об этом сигнализируют даже неизменные шутки за гранью в околоспортивной журналистской среде («жми на ссылку, если ты не Тим Кук» в день каминг-аута главы Apple — лишь один из примеров). Большой вопрос заключается в том, где заканчивается «обычный» сексизм и гомофобия, про которые много пишут и говорят и которые медленно, но верно отступают, и где начинается феномен, характерный именно для спорта, сферы довольно консервативной?

Например, скандал с руководителем английской футбольной премьер-лиги Ричардом Скудамором, чьи имейлы с грубыми сексистскими шутками и пренебрежительными высказываниями в адрес женщин попали в распоряжение журналистов, не является примером сексизма в спорте — это обычный мужской шовинизм, в котором замена премьер-лиги как организации на любой банк, завод или благотворительный фонд ровным счетом ничего не изменит. Поэтому при всей важности подобного рода инцидентов и необходимости их расследовать хотелось бы понять, какие глубинные особенности спорта приводят в итоге к процветанию гендерной диксриминации.

Одна из базовых проблем заключается в том, что мир спорта считается миром мужских ценностей. В отличие от «физкультуры», спорт, даже любительский, подразумевает соревнование, борьбу с собой и с соперником, преодоление, смелость, до какой-то степени агрессию, культ достижения предела физических возможностей. В массовом сознании все эти вещи достаточно плотно ассоциируются с «мужскими» качествами. Непроявление же их: слабость, уступчивость, нежелание идти на конфликт, стремление получать удовольствие от процесса, а не выжимать все соки ради результата, — всё это ассоциируется с женским поведением.

Ни одна из этих характеристик не является на самом деле мужской или женской — всё это вопросы исключительно типа личности, воспитания, увлеченности делом и окружающей обстановки. Тем не менее образуется замкнутый круг: недостаточно агрессивный молодой хоккеист, как скажет ему тренер, играет «как девчонка», а хорошо подающая теннисистка будет слышать, что «бьет по-мужски». На базе подобных стереотипов отличный рекламный ролик сделал бренд Always. Таким образом, от женщин в спорте требуют мифической мужественности, хотя в нацеленности на результат нет ничего неженственного.

Отдельный вопрос: хорошо ли, что такое большое место в жизни человечества занимает вид деятельности, где успех одной стороны всегда является поражением другой, и что полезную для тела физическую активность мы ассоциируем в первую очередь с людьми, зачастую наносящими вред своему здоровью в попытках преодолеть себя и стать лучше других? Но если от соревновательности и проверки себя на прочность как мотивации к физической активности обществу вряд ли удастся отказаться, то с остальным можно что-то сделать.

В первую очередь необходимо искоренять представления о поведении #likeagirl как о слабом и неспортивном. Этому способствует и популяризация образов сильных и успешных спортсменок, и обучение тренеров, комментаторов и журналистов нейтральной лексике, и интеграция полов в спортивном процессе как таковом. В частности, социолог Эрик Андерсон опубликовал в 2008 году исследование, озаглавленное «I Used to Think Women Were Weak», — в нем ученый изучал взгляды молодых мужчин, игравших в школе в американский футбол, а в колледже перешедших в спортивный чирлидинг (редкий гендерно интегрированный вид спорта, где женщины и мужчины выступают в одной команде). Выяснилось, что после того как парни начинали тренироваться и выступать с девушками в одной команде, их взгляды, до того сформированные во многом «казарменной» обстановкой футбольной раздевалки, начинали резко меняться: они становились гораздо менее склонны воспринимать девушек как сексуальный объект, отпускать сексистские шутки и в целом их уважение к женщинам (особенно к ровесницам) возрастало.

Движение в этом направлении есть, и экспериментов по созданию смешанных команд ставится много, особенно в юношеском спорте. Смешанные командные соревнования или эстафеты с относительно недавних пор существуют в бадминтоне, теннисе, биатлоне, санном спорте и фигурном катании. В различных видах стрельбы, бобслее, керлинге и других видах смешанные дисциплины набирают популярность и, вероятно, скоро доберутся до олимпиады, где единственным полностью открытым для обоих полов видом, где мужчины могут соревноваться с женщинами, пока остается конный спорт (определенные смешанные дисциплины есть еще в парусном спорте).

Без решения этого вопроса сексизм в спорте останется неискоренимым, так как неуважение к женщинам и ассоциация спортивного успеха с мужскими ценностями отталкивают девочек и их родителей от самой идеи идти в спорт или смотреть его. Просто представьте мальчика и девочку, которые демонстрируют энергичность, желание побеждать других и растут более сильными, чем сверстники. Скорее всего, родители примерно с равными шансами отдадут их в спорт — безотносительно пола. Однако у «обычных» или «неспортивных» детей шансы совсем неравны: мальчика всё равно станут водить на спорт, «чтобы тот стал мужчиной», а вот на девочек махнут рукой, ибо «не принцессино это дело».
В результате в спортивные секции приходит куда меньше девочек, чем мог бы вместить мир спорта — ведь раннее развитие или энергия на самом деле далеко не всегда коррелирует с дальнейшим успехом. Меньшая конкуренция приводит к менее зрелищной борьбе и менее впечатляющим результатам, а многие потенциальные звёзды увлекутся спортом в куда более позднем возрасте — просто из-за навязанной мысли, что им это было не нужно.

Российские бадминтонисты Валерия Сорокина
и Евгений Дремин обыгрывают датских коллег, февраль 2011

То же происходит и со зрительскими пристрастиями. Не вдаваясь во фрейдизм, не стоит недооценивать роль личного примера и поп-культуры: зачастую ребенок видит, что спорт — это вотчина отца, брата, дяди, но никак не мамы или бабушки, и этот образ подкрепляется кино, рекламой, играми, тем, как оформлены телетрансляции, что показывают в перерыве. Пора открытости всему новому, когда дети и подростки формируют многие свои эмоциональные привязанности на много лет вперед, скорее всего пройдет у девочек вдали от матчей. А во взрослом возрасте полюбить нечто новое становится куда труднее.

Ровно отсюда же растет и другая масштабная проблема: одна из важнейших идей спорта заключается в определении первенства, постоянной погоне за рекордом, рейтингом, абсолютным чемпионством. И в этой борьбе женщины, как считается, всегда оказываются позади мужчин. Например, что бы ни говорил Тарпищев и как бы «мощно» ни выглядели Серена и Винус Уильямс на корте, обыграть теннисиста мирового уровня ни одна из них не сможет. Знаменитый матч тогда еще, правда, совсем юных сестер с Карстеном Брашем, 203-й ракеткой мира (впоследствии добиравшимся только до четвертого десятка), закончился уверенной победой немца. В 1992 году Джимми Коннорс (выдающийся теннисист, обладатель сотни титулов) в свои 40 лет обыграл 36-летнюю чемпионку Мартину Навратилову, несмотря на то, что правила матча, например, позволяли Мартине бить в «коридоры», которые для Джимми считались аутами. Да, в 1973-м во время матча, знаменательного для борьбы за женское равноправие в спорте, Билли Джин Кинг победила Бобби Риггса — но она была на 26 лет его младше.

Другой яркий пример — отсутствие успехов женщин в «Формуле-1», где никаких ограничений правилами не накладывается и нужно быть не сильнее или быстрее, а техничнее и выносливее соперника. Этому существует множество объяснений, которые сводятся в итоге к тому, что любой, даже технический спорт по определению больше подходит мужчинам. Но не всё так просто. В конном спорте, где в одних и тех же соревнованиях выступают как мужчины, так и женщины (на олимпиадах: с 1952 года в выездке, с 1964 — во всех видах), и который традиционно считается достаточно «подходящим» для женщин, все эти доводы не работают — несмотря на очевидное наличие физической составляющей в искусстве наездника, среди пяти наиболее титулованных олимпийских конников на сегодняшний день трое мужчин и две женщины: Изабель Верт и Анки ван Грюнсвен.

Теннисистка Билли Джин Кинг вместе
с соперником Бобби Риггсом, 1973 год

В другом, не слишком атлетическом виде спорта — шахматах — ситуация тоже неоднозначная. Несмотря на то, что ни одна женщина не становилась чемпионкой мира, венгерская шахматистка Юдит Полгар обыгрывала десять разных чемпионов мира, включая Гарри Каспарова и действующего чемпиона Магнуса Карлсена, и получила гроссмейстерский титул в столь юном возрасте (15 лет и 5 месяцев), что на месяц улучшила предыдущий рекорд великого Бобби Фишера. Более того, согласно исследованию, проведенному профессором Меримом Белаличем и его коллегами, почти полное отсутствие женщин на высоких местах в шахматных рейтингах (Полгар — уникальное исключение) объясняется, по крайней мере отчасти, просто их меньшим количеством и участием в существенно менее представительных женских турнирах, которых Полгар, кстати, всегда избегала.

Из этого напрашивается вывод, что как минимум в тех видах спорта, где приобретаемые навыки важнее чистых физических данных, гендерное равенство определяется в первую очередь количеством идущих в этот спорт женщин. Важно и то, как давно женщин до этого спорта допустили, ну и не стоит отрицать влияние сверхталантливых суперзвезд — которые вдобавок способствуют всплеску интереса к тому или иному виду спорта.

Да и в «силовых» видах непреодолимое неравенство не столь очевидно: мужские рекорды в рывке штанги, поставленные на Олимпиаде 1972 года примерно равны результатам женщин в сопоставимых весовых категориях образца 2012-го. Впрочем, надо признать, что в беге, скажем, такой тенденции не наблюдается: женский рекорд на стометровке не улучшался уже больше 20 лет и находится на уровне мужских результатов более чем столетней давности, а в марафоне нынешние сильнейшие бегуньи выиграли бы у мужчин середины пятидесятых. Тем не менее, если учесть, что за огромным прогрессом в спортивных рекордах за десятки лет стоят не эволюция и естественный отбор более сильных людей, а медицина, биомеханика, тренировочные техники, экипировка, компьютерный анализ и тому подобные вещи и все, они, конечно, в первую очередь работают на мужской спорт, то понятно, что теоретически есть мало видов, где женщины при должном фокусе научных усилий и количестве желающих не могли бы выйти на «мужской уровень».

17-летняя Юдит Полгар обыгрывает 56-летнего чемпиона мира Бориса Спасского, 1993 год

Но это лишь полдела. Первые женщины, которые начнут переходить эту границу в популярных видах спорта, обречены стать жертвами сексизма. Всего одна женщина в истории колледжного американского футбола забивала голы в высшем дивизионе, и для этого Кэти Ниде пришлось пройти через унижения от сокомандников и изнасилование. Эти обвинения она выдвинула уже после выпуска в адрес первой из двух своих команд (рекордный первый гол она забила после перехода из университета Колорадо в университет Нью-Мексико). Главный тренер Колорадо обвинил ее во лжи и грубо высказался о ее способностях, за что в итоге был временно отстранен от работы и вскоре ушел с тренерского поста. Спустя восемь лет после Кэти другая девушка, Мо Айсом, была близка к тому, чтобы стать бьющей в сильной команде высшего дивизиона, но, несмотря на поддержку других игроков и в целом позитивную атмосферу вокруг ее подготовки (Айсом до того успешно играла в женский «европейский» футбол), она не прошла финальный отбор по спортивному принципу.

Практически все истории о том, когда женщины приближались к успеху в «мужских» видах спорта, возвращают нас к господину Тарпищеву и его шутке. Если девушка не показывает «мужских» результатов, то это, в глазах шовинистов, нормально, так как женский спорт может существовать, но всегда должен быть «ниже» мужского. Если же женщина начинает приближаться по своим результатам к мужчинам, то проще всего заклеймить ее «мужиком в юбке» и начать требовать полной дисквалификации.

Сложность заключается в том, что современное понятие гендера и правда совсем не вписывается в бинарный подход спортивного разделения. Не погружаясь в чрезвычайно сложные и с этической, и с биологической точки зрения нюансы, можно напомнить о многочисленных скандалах в легкой атлетике, где некоторые чемпионки, завершив выступления, делали (или были вынуждены делать в результате многих лет гормональных инъекций) операции по смене пола. Не так давно карьера южноафриканской бегуньи Кастер Семени была приостановлена после того, как ее направили на тест по определению пола и международная легкоатлетическая федерация некоторое время не могла четко сказать, имеет ли Кастер право соревноваться с женщинами. В итоге Семеня была допущена до всех соревнований. При этом сами тесты, применяемые Международным олимпийским комитетом, часто подвергаются критике, так как никакой отдельный химический показатель не может дать однозначный ответ о половой принадлежности человека.

При этом международные организации допускают до соревнований транссексуалов, но тот поток ненависти, который обрушивается на трансгендерных женщин, совершивших операцию по смене биологического пола, прошедших обязательные два года гормональной терапии и начинающих после этого выступать на женских соревнованиях, не поддается описанию. Рожденная с разными половыми признаками и прошедшая операцию по их корректировке дзюдоистка Эдинанси Фернандес да Силва или выступающая в смешанных единоборствах и прошедшая операцию по смене пола Фэллон Фокс постоянно обвинялись в попытке обмануть систему и выиграть за счет своего «изначально мужского» организма. Публика, очевидным образом, оказывается не готова к этому, и пассивная позиция МОК и других организаций по данному вопросу никак не помогает сдвинуть общественное мнение с места.

Отдельную статью можно написать и о жизни геев и лесбиянок в спорте — и те, и другие подвергаются еще большему давлению, чем в «обычном» обществе: в агрессивной, соревновательной среде в их адрес летят изощренные оскорбления со стороны конкурентов, болельщиков, а иногда и коллег. В основном дело, конечно, в «казарменной» культуре спортзалов и раздевалок, которая в любой стране чрезвычайно гомофобна, отчасти — в том, что стереотипно мыслящие люди считают геев недостаточно мужественными, чтобы выступать в мужских видах, а лесбиянок — недостаточно женственными, чтобы выступать в женских.

Южноафриканская бегунья Кастер Семеня ждет начала забега на 800 м, июль 2012

Оставаться на позитиве: советы Серене Уильямс по допинговой дискриминации

Василий Конов рассуждает о высказывании Серены Уильямс о допинговой дискриминации и советует брать пример с других спортсменов, в том числе — со сборной России по футболу.

Серена Уильямс в очередной раз за короткий промежуток времени возмутилась слишком пристальным вниманием к её персоне со стороны допинг-офицеров. То приедут не в то время, то случайно снова выбирают её на тест. По словам четырехкратной олимпийской чемпионки, имеющей 72 победы на турнирах WTA в одиночном разряде, происходящее называется очень просто: дискриминация.

25 июля Серена Уильямс написала в твиттере: «И вот наступил тот самый момент дня, когда «по случайной выборке» у меня возьмут тест на допинг, и проверяют только Серену. Доказано, что из всех игроков меня тестируют больше всего. Дискриминация? Мне кажется, да. По крайне мере, я сохраню спорт «чистым».
Публикацию Серена сопроводила хештегом #остаюсьнапозитиве.

. and it’s that time of the day to get “randomly” drug tested and only test Serena. Out of all the players it’s been proven I’m the one getting tested the most. Discrimination? I think so. At least I’ll be keeping the sport clean #StayPositive

— Serena Williams (@serenawilliams) 25 июля 2018 г.

​Собственно, на позитиве можно оставаться в любой момент. Как пример — Райан Лохте, который в статусе шестикратного олимпийского чемпиона спокойно выкладывает фото под капельницей, объясняя это восстановлением, а получив тут же 14 месяцев дисквалификации (да, да, за фото, так как любые внутривенные инъекции без экстренной необходимости под запретом), спокойно заявляет, что продолжит подготовку к Олимпийским играм 2020 года в Токио. И это ведь сразу после того, как он отбыл 10 месяцев за неприятную ситуацию с ложными показаниями в Рио.

Серена свой позитив демонстрирует чувством юмора, предполагая в комментариях к сообщению о дискриминации, что, возможно, допинг-офицеры просто хотят похитить её ДНК. Ну, чем черт не шутит, может и хотят. Такое тоже бывает. Для потомков.

Это второй случай, когда за последнее время Серена возмущается пристальным вниманием. До этого она жаловалась, что к ней приехали за пробой слишком рано, да еще и не хотели уезжать: допинг-офицер явился домой к Уильямс ранним утром 14 июня, а когда помощник теннисистки впустил представителя Антидопингового агентства США в дом и объяснил ему, что спортсменка отсутствует, офицер отказался покинуть жилище Уильямс без ее допинг-пробы. В итоге Серена звонила генеральному директору WTA Стиву Саймону и жаловалась на несправедливое, по ее мнению, преследование со стороны допинг-офицеров.

Претензия Уильямс заключалась в том, что на тот момент из топ-70 мирового рейтинга лишь к ней и к ее сестре допинг-офицеры приезжали больше одного раза — Серена удостоилась «внимания» уже в седьмой раз. Именно поэтому Серена считает сложившуюся ситуацию дискриминационной.

А вот вам еще цитата: «За последний месяц меня проверяли семь раз, брали и кровь, и мочу, в разных городах, а в швейцарской деревушке допинг-офицер — мой сосед — и заходит уже так, как если бы просто хотел узнать, как у меня дела. В Дубай, где я тоже живу, за 15 лет прилетали за пробой лишь однажды. Возможно, что для WADA такие проверки с полетами ради одного человека — это «дорого», и, внимание, «дороговизна такого путешествия не должна быть оправданием: если нужно увеличение бюджета — нужно его увеличивать». Это слова Роджера Федерера, легенды и величины не меньше Уильямс. И он тоже раздражается от внимания допинг-офицеров, но сравните посыл и формулировки.

А еще можно было бы рассказать Серене о внимании допинг-офицеров к российским спортсменам. По поводу, без повода, в 4 утра, в 6 утра, несколько дней подряд, и никто не стонал, не кричал про дискриминацию, а шел и сдавал, чтобы иметь возможность выступать. Например, наши футболисты: во время чемпионата Европы два года назад к нам приезжали в 7 утра на протяжении нескольких дней. Сейчас, перед чемпионатом мира, сборники сдавали пробы по 10 раз (без учета проб, которые брались по линии УЕФА во время выступлений в Еврокубках) — как тогда это называть с позиции Серены Уильямс? 80 проб в сборной только за время чемпионата мира и в дни подготовки к турниру.

Вот это называется вниманием. Внимание, от которого уже все устали. И легко можно понять Черчесова, который прерывает интервью немецким коллегам после очередного вопроса про допинг. Потому что никому (там) не интересно, видимо, про выход в четвертьфинал и про игру. Конечно же, мы сами создали себе такую репутацию, что спрашивают про допинг, допинг, допинг и еще раз допинг.

Возможно, что нужно просто посмотреть на пример Роберто Карлоса и пойти в суд. И тогда СМИ, которые делали выводы на основе сказок Хайо Зеппельта, будут и в наш адрес выпускать пресс-релизы подобного содержания: «Мы признаем, что сделанные утверждения не соответствуют действительности и приносим извинения за беспокойство и дискомфорт, причиненные Роберто Карлосу. Мы согласны выплатить ему компенсацию за нанесенный ущерб». А Серена Уильямс отлично подогревает медийное пространство после своего возвращения в большой теннис. И правильно делает: что не запрещено, то разрешено.

Это как терапевтические разрешения. Уж Серене ли не знать об этом.

Дискриминация в картинках

Вы когда-нибудь задумывались над тем, по какому принципу вам показывают таргетированную рекламу? Почему, даже не лайкая ничего во время сёрфинга вы, возвращаясь на Facebook, видите рекламу, связанную с посещёнными вами сайтами? И кто заинтересован в том, чтобы отслеживать пользователей? В рамках моего учебного проекта, мне предстояло выяснить, какие компании стоят за трекингом посещений сайтов, и что они используют, чтобы делать это, не привлекая особого внимания.

Почему дискриминация

Что понимать под дискриминацией пользователей в интернете? Это когда цены на товары в онлайн магазинах меняются в зависимости от того, какие устройства используются для просмотра каталога. А нарушение приватности начинается тогда, когда сайты показывают вам рекламу средств от бессонницы, потому что вы засиживаетесь допоздна, так как это указывает на то, что данные о времени вашего пребывания в интернете передаются сторонним компаниям.

Что такое веб маяки

Веб маяк (в английском варианте «web beacon», или «1×1 pixel image») — это крошечная или прозрачная картинка, которая встраивается в страницу и используется для отслеживания действий пользователей.

Такие невидимые маяки могут использоваться не только для веб аналитики, но и для сбора агрегированной информации с целью продажи её сторонним сайтам, для построения социальных графов. Ещё одним из способов применения веб маяка это проверка, что электронное письмо прочитано. Отправитель узнает об этом, как только по определенной ссылке картинку запросили, а адресат может и не заметить, что она была в теле письма.

Сбор данных и статистика

В качестве начальных данных у меня было несколько JSON файлов со ссылками на картинки (как статически, так и динамически подгружаемых) с топ 800 доменов (по версии ALEXA). Оставалось разработать скрипт, который парсит эти файлы, проходит по ссылкам, закачивает картинки и сохраняет информацию о них в базе данных SQLite.

Эти JSON файлы содержали все ссылки на картинки, как 1st party (картинки находятся на том же сайте, где размещена ссылка на них) так и 3rd party (картинки хранятся на сторонних сайтах). И если в первом случае, маяки могут использоваться вполне в безобидных целях (для веб аналитики в пределах сайта), то во втором случае задействовано несколько сторон, и это уже межсайтовый трекинг. Так как интересовал именно последний случай, я использовала библиотеку tld, чтобы извлекать домен верхнего уровня.

Скрипт работает так, как если бы все cookies очищались перед каждым запросом, поэтому в первоначальных запросах к серверам поле Cookies пустое. Если в ответе от сервера есть заполненное поле set-cookie, это значение заносится в базу данных.

Есть два способа вычисления маяка: проверка размера и проверка поля в HTTP заголовке content size. Но не все ответы на запросы содержат поля content length и content type, так как они опциональные и даже могут содержать неправильные данные. Также встречаются маяки, которые при размере 1×1, возвращаются в пакете с content length > 100, так как картинка PNG формата. Поэтому при построении графиков я не учитывала значение content length.

Что делать, если в ответе нет картинки? Бывает, что сервер возвращает статус 204. Это означает, что контента нет, но, тем не менее, прохождение по ссылке зафиксировано. Поэтому если статус 204 и content type в HTTP заголовке содержит «image/», скрипт предполагает, что это веб маяк и помещает в базу значения width = 0 и height = 0. Таких маяков встретилось 37 294 (1.53%).

Всего было проверено 8 586 314 ссылок на картинки, в базе содержатся данные о 5 873 372 3rd party картинках, из них 2 431 277 маяка (41% от количества сторонних картинок это веб маяки!).

И еще немного статистики

В таблице image_domains хранится информация о провайдерах картинок (то есть это не те 800 топ сайтов со ссылками на картинки, а сервера, непосредственно хранящие эти картинки).

Количество доменов: 800
Количество доменов, где встретился хотя бы один маяк: 760
Количество страниц: 124 214
Количество страниц, где встретился хотя бы один маяк: 111 442
Количество провайдеров картинок: 4 348
Количество провайдеров картинок-маяков: 1 325

И то, что есть 40 доменов, на которых не встретился ни один маяк, не говорит о том, что они их не используют. Возможно, они используют маяки нестандартного размера (1×2, 3×1), которые тоже встречались при выборочной проверке ссылок.

Топ игроки на рынке веб трекинга

Итак, в базе 2 431 277 маяков. Интересно узнать, маяки каких из 1 325 провайдеров чаще всего встречались на страницах топ 800 доменов.

Здесь condition это «width +12

Студентка Варвара Михайлова — о гендерной дискриминации на юрфаке «Вышки»

6 октября 2016 в 11:57

Студентка петербургского филиала Высшей школы экономики Варвара Михайлова рассказала, что ее отказались назначить старостой группы из-за традиции, по которой старостами на юридическом факультете становятся только мужчины. По словам студентки, в ее первый учебный день менеджер юридического факультета Максим Паламарчук предложил студентам выбрать старосту группы, подчеркнув, что рассматриваться будут только кандидатуры мужчин. Варвара попыталась получить письменный отказ, но декан факультета Татьяна Алексеева выразила уверенность в том, что сложившаяся практика не нарушает права женщин. Кроме того, она посоветовала студентке «больше улыбаться». При этом на других факультетах петербургского и московского отделений НИУ ВШЭ, по данным Варвары Михайловой, гендерная дискриминация при выборе старост не практикуется.

Позже в петербургской «Вышке» подтвердили, что конфликт из-за назначения старосты на юридическом факультете действительно был.

В соцсетях активно обсуждают этот конфликт: часть пользователей поддержала Варвару Михайлову, однако многие посчитали эпизод малозначительным и упрекнули студентку в том, что она вынесла историю в публичное поле. Так, студентка четвертого курса бакалавриата юридического факультета НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург Марина Ягнюкова написала в Facebook, что Варвара «неправильно восприняла ситуацию»: «Дорогая Варвара Михайлова. Ваше рвение защищать права женщин очень похвально. К сожалению, права мужчин, детей и животных ущемляются ничуть не реже. Желаю вам после получения юридического образования иметь возможность защищать права всех нуждающихся в этом, а не определенной группы, избранной по гендерному признаку. На дворе не XX век. На нашем факультете не запрещено девушкам занимать пост старосты, это всего лишь нестрогая традиция, понимание которой приходит в процессе обучения, и которая, не сомневаюсь, может быть неправильно понята абитуриентами».

Варвара Михайлова является петербургской активисткой. Так, она участвует в образовательном и художественном проекте «Ребра Евы», нацеленном на борьбу с замалчиванием проблем гендерного насилия. Кроме того, Варвара принимает участие в различных общественно-политических акциях — например, против моста имени Кадырова.

The Village связался со студенткой и спросил, как к резонансной истории отнеслись ее однокурсники и что она будет делать дальше. А также попросил прокомментировать ситуацию представителя НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург.

Варвара Михайлова

студентка юридического факультета НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург

На юридическом факультете «Вышки» я получаю второе высшее образование, пары у нас не каждый день. Сегодня (5 октября, когда история с гендерной дискриминацией получила резонанс. — Прим. ред.) я не была в университете, следующие занятия в четверг, 6 октября. Мне передавали инсайдерскую информацию: было некое экстренное заседание, но чем оно закончилось (и было ли на самом деле), я сказать не могу. На занятия мне совершенно не страшно приходить, потому что я платник: если меня отчислят — им же хуже.

Единственное — со мной связался уполномоченный по правам студентов Иван Чернявский (правда, он представляет московское отделение «Вышки», но Петербургом тоже интересуется). Мы с ним переговорили, он выпустил заявление о том, что разбирается с проблемой. Для меня главным в его посте было то, что они с командой связались с другими студентами, и те подтвердили, что описанная мной проблема существует, что это не только мои слова.

Особой реакции однокурсников пока не было. Одна девушка скрыто меня поддержала, а мальчик, которого в итоге назначили старостой, сказал мне, что он все понимает, что все это неправильно. Но бороться он не готов, потому что не хочет ввязываться в конфликт сразу по приходу в университет.

Я читала пост Марины Ягнюковой. Прокомментирую утверждение, что никакого сексизма в «Вышке» нет, кроме одного маленького пункта. Конечно, я не претендую на знание внутренней кухни вуза. Я не делаю никаких обобщений. Была совершенно конкретная история, и я именно о ней рассказала. Мне кажется, независимо от того, что происходит глобально в плане дискриминации (или ее отсутствия) в «Вышке», это не умаляет значения данной истории. Понимаете, я прихожу на первое занятие в университете, и мне тут же бросают красную тряпку с надписью «Женщинам тут не рады», «Женщинами тут управляют мужчины».

К сожалению, дискриминация по гендерному признаку в нашей стране существует в самых разных группах, на самых разных уровнях. Женщины так к ней привыкли, что часто ее не замечают или даже поддерживают, потому что это часть нашего воспитания.

Как любая женщина, я так или иначе и раньше сталкивалась с проблемой дискриминации. Но не в учебных заведениях. Я очень удивлена, потому что мне всегда казалось, что Высшая школы экономики — очень прогрессивный современный либеральный университет. И именно здесь, тем более на юридическом факультете, такого ждать не приходится. Но жизнь непредсказуема.

Мое первое образование — кафедра математической лингвистики СПбГУ. На филфаке, конечно, присутствуют гендерные особенности (почти все студенты — девушки), но ничего сопоставимого я вспомнить не могу. Опять же не могу сказать за весь СПбГУ, а только за свою кафедру: она себя в этом отношении не запятнала.

Мне кажется, я уже сделала все, что могла. Конечно, могу написать еще 35 заявлений, но и так общественный резонанс превзошел все мои ожидания: честно говоря, я не думала, что эта история выйдет за пределы круга моих друзей. Я очень рада, что многие люди об этом пишут, находя важным. Конечно, есть и те, кто считает, что это ерунда, но тут удивляться не приходится. Я не планирую грандиозных революционных решений, буду действовать по ситуации.

Центр
коммуникаций и информационной политики
НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург

Руководство кампуса знает о конфликтной ситуации, сложившейся на юридическом факультете.

Безусловно, никакая дискриминация по гендерному или какому-либо другому признаку в нашем университете недопустима, это закреплено в декларации ценностей НИУ ВШЭ. Сам факт появления такого серьезного обвинения требует тщательной проверки полученной от студентки информации. И именно поэтому мы не спешим с какими-либо выводами.

В ближайшее время руководство кампуса встретится с Варварой Михайловой, представителями студенческого самоуправления и руководством юридического факультета. О результатах рассмотрения данной ситуации будет сообщено дополнительно.

Мы поощряем желание наших студентов высказываться о любых спорных ситуациях. Важно, что наши студенты чувствуют сопричастность и ответственность за то, как развивается, каким становится и чем живет университет.

Неравенство, дискриминация, равноправие

Мы, люди, устроены одинаково. Переплетённые родительские гены отвечают за выработку белков, которые развёртывают процесс формирования наших тел от момента оплодотворения материнской яйцеклетки до физического разложения тела с умершим мозгом. Культурный и языковой контекст семьи, окружения, народов и человечества отвечают за формирование нашей личности, установок, стереотипов.

При этом каждый из нас содержит уникальный состав генетических и культурных «кирпичиков» из набора, единого для человечества. Раньше я писал об этой части своей картины мира чуть подробнее.

Biases: кирпичики судят другие кирпичики

На стыке генетики и культурного развития у всех нас формируются biases (англ., bias читается байес). К сожалению, термин не имеет адекватного перевода на русский. Используют варианты «искажение», «предубеждение», «ошибка восприятия», «необъективность», «опосредованность», «предвзятость», «предпочтение». Поэтому здесь я буду использовать слово bias как есть.

Bias — повторяющаяся склонность человека к рассмотрению частичной перспективы по какому-либо вопросу, часто сопровождающаяся активным отказом от рассмотрения недостающей части перспективы или альтернативных точек зрения.

В английском «bias» происходит от слова «склонность», «наклон» и само по себе не имеет ярко выраженных негативных коннотаций (как, например, их имеет слово «дискриминация»). Сотни biases у каждого человека — особенность истории его формирования, генетической и культурной. Ещё один полезный способ рассмотрения концепции bias — дать апофатическое или негативное определение: что такое не-bias.

Не-bias — осознанное активное поведение, направленное на расширение перспективы при рассмотрении какого-либо вопроса, понимание различных альтернативных точек зрения, построение более точной картины мира.

С большим структурированным списком когнитивных искажений можно ознакомиться в моём переводе статьи Бастера Бенсона.

Сами по себе biases не хорошие и не плохие, и от них не нужно поголовно избавляться. Более того, очень полезно формировать одни biases в противовес другим.

Во-первых, они позволяют нам экономить силы во время принятия решений. Система 1 (см. Даниэль Канеман, «Думай медленно… Решай быстро») непрерывно работает на biases, как на топливе.

Во-вторых, картина мира человека строится активно: мы непрерывно предсказываем окружающий мир, в том числе основываясь на biases, и собираем обратную связь о точности предсказаний (подробнее см. Крис Фрит, «Мозг и душа»).

Точно так же мы поступаем по отношению к окружающим людям, оценивая или предсказывая их поведение по отношению к нам. Араб наверняка мусульманин. Чёрный бедный американец в плохом районе наверняка преступник или наркоман. Карелы трудолюбивые и злопамятные. Гомосексуальная женщина, не соответствующая принятым стандартам женской красоты наверняка мужененавистница и оголтело борется за мифические права, которых ей и так дали с лихвой. Продолжать можно сколько угодно.

Проблемы начинаются на стыке двух событий:

  • много людей имеют общий неосознанный bias;
  • много людей предпринимают определённые действия, вызванные этим bias.

Исключение: кирпичики отстраняются

Первое и самое важное действие, которое мы предпринимаем на основании biases по отношению к каким-то людям — отстраняемся от них. Это ведь совершенно естественно — избегать что-то или кого-то, что тебе неприятно.

На улице у красивого фонтана сидит пьяный грязнющий бомж. В лучшем случае прохожие брезгливо отводят взгляд. В худшем просят полицейского, чтобы бомжа убрали от фонтана.

В автобус со ступеньками долго, с трудом, заносят инвалидную коляску с молодым парнем с явными отклонениями в развитии. Некоторые из пассажиров начинают закипать — «не могли такси вызвать, что ли?»

В компании кто-то открыто объявляет о гомосексуализме, и её/его начинают избегать. Либо избегать любых разговоров, которые хоть как-то могут касаться любовных и семейных взаимоотношений.

Новую девочку в классе, недавно вошедшую в пубертатный период и усыпанную подростковыми прыщами, дразнят и не берут в компанию, несмотря на её добрый и весёлый характер.

Примеры можно продолжать бесконечно. Самая невинная и естественная групповая динамика под неосознанным bias — исключение. Я глубоко благодарен Клэю Риверсу, описавшему исключение в своей статье.

Это ещё не дискриминация. Это не целенаправленное притеснение. Но это первый шаг.

  • Нечего бабе делать в мужской компании.
  • Нет ручек — нет мультиков.
  • Пусть у себя по домам под хвост долбятся, зачем им парады.
  • Эта школа для обеспеченных.
  • Шлюха, всему двору сосала.
  • Жирный, жирный, как поезд пассажирный.
  • Он что, не мог что-то поприличнее надеть?
  • А чего у неё детей нет в 30 лет?
  • Ватник, мозги пропагандой промытые, о чём с тобой разговаривать?

Очевидно, по разным biases люди в обществе разделяются в разных пропорциях. Важно, что системное исключение всегда работает в одну сторону. Сейчас я не могу строго это обосновать, но в моей картине мира эта динамика универсальна.

  • Мужчины исключают из своих обособленных собраний женщин, и только вследствие этого женщины начинают в своих собраниях избегать мужчин.
  • На колониальном Западе белые исключают из своих кругов общения цветных, и только вследствие этого цветные начинают избегать белых.
  • «Здоровые» исключают из своего мира «больных» и людей с трудностями в развитии.
  • Те, кто рожает до 25, потому что надо, исключают из своих «мамочкиных компаний» тех девушек, которые относят себя к чайлд-фри, вследствие чего чайлд-фри избегают «овуляшек».
  • Люди «с нормальным весом» исключают из своего мира «жиробасов», вследствие чего те избегают «фитоняшек».
  • Люди, стесняющиеся своей и чужой наготы, исключают с пляжей нудистов, вследствие чего те избегают «тряпочников».
  • Обеспеченные люди капиталистического мира исключают бедных из своего окружения, и только вследствие этого бедные начинают избегать и даже ненавидеть богатых.
  • Образованные начинают сторониться необразованных и исключать их из своего мира, называя «быдлом и гопниками», вследствие чего малообразованные избегают образованных.
  • Люди, не преступавшие закон, создали места лишения свободы, вследствие чего развилась воровская культура и ответное пренебрежение и насилие над людьми, не преступающими закон («фраерами», «лохами»).

Итак, часть людей в обществе имеют общий bias и предпринимают совместные действия по исключению тех, кто подпадает под bias.

  • Вследствие этого другая часть общества получает отказ от доступа к ресурсам, местам, группам и привилегиям или отстраняется от доступа (причём меньшая по численности, но более сильная, сплочённая или ресурсная группа может исключить большую);
  • У исключаемой группы может развиться ответная реакция на исключение — избегание, а также объединение на основе избегания.
  • Каждый из нас одновременно принадлежит к разным исключающим группам и разным группам исключённых. Например, белая образованная гетеросексуальная женщина 49 лет «с лишним весом», среднего достатка и без детей исключается по признакам пола, деторождения, возраста и веса, но исключает по признакам цвета кожи, образования, сексуальности и достатка.

Вот иллюстрации этой динамики в прямой речи бездомных.

Равенство и дискриминация

После этого общество делает ещё один шаг, и проблема возникает не в «отсутствии прав» для какой-то группы (формально прописанных, замечу), а в реальной исключенности людей из общественной жизни и социальных институтов из-за того, что у кого-то там bias.

Дискриминация возникает как следующий шаг, фиксирующий в культурном и общественном сознании исключенность отдельных групп. В этот момент тоже работают biases: конформизм («Раз все из моей группы с таким же bias против, я тоже против») и confirmation bias («Раз они исключены, это неспроста, и они заслужили это исключение»). Итак, ещё раз пробежимся по отличиям:

Равенство правпрописанная в законах и актах зависимость прав и обязанностей от определённых характеристик человека. Причём некоторые права некоторым группам запрещены законодательно — например, избирательные права для осужденных или не достигших определённого возраста. Дискриминацияфиксированная в культуре и массовом сознании практика исключения из общественной жизни людей с какими-либо характеристиками. Исключениеличное отношение, возникающее на основе bias, также выражающееся в действиях, и связанное с отказом в доступе к общению, месту, группе или привилегии.

Борьба меньшинств за права

И вот, некоторые исключаемые люди начинают осознавать свою исключенность, рефлексируя личный опыт и опыт товарищей по несчастью и дискриминированности.

Они начинают озвучивать своё исключенное положение, часто подчинённое, рабское или бесчеловечно болезненное. Им сострадают некоторые люди вообще без этого bias и представители исключающей группы, осознавшие свой bias. Все эти люди объединяются в борьбе против исключения.

Прочитай этот список медленно и внимательно, не пробегай глазами.

  • Активисты против расизма
  • Феминистки и про-феминистические активисты
  • ЛГБТ-активисты
  • Активисты за легализацию наркотиков
  • Чайлд-фри
  • Активисты боди-позитивного движения
  • Нудисты
  • Активисты против насилия над женщинами
  • Активисты велодвижения
  • Активисты за права осужденных
  • Активисты за эвтаназию
  • Волонтёры и организации по поддержке бездомных

Какие-то из этих слов могли сами по себе вызвать у тебя неосознанное раздражение. А когда случается сильный выплеск высказываний от исключенной группы (как в случае с акцией #яНеБоюсьСказать), исключающая группа заходится в неосознанной панической атаке. Им кажется, что исключенные покушаются на часть их личности — их неосознанный bias, приведший к этому исключению.

Чаще всего исключающие рационализаторы в этот момент апеллируют к «правам человека» и говорят исключённой группе: «Эй, вы чего! Давайте бороться за права для всех! Я тоже страдал от вашего избегания в ответ на моё исключение, давайте обсудим и это!»

Объединение под общей эгидой «равных прав для всех» неэффективно, потому что оно не несёт информации о конкретных bias, которые в итоге приводят к исключению, дискриминации и ограничению прав.

  • «Давайте бороться за равноправие всех полов!»
    Перевод: давайте закрывать глаза на то, что именно женщины являются исключаемой группой из-за мужских biases.
  • «Давайте бороться за равноправие всех форм сексуальности!»
    Перевод: давайте закрывать глаза на то, что именно люди с «нестандартной» сексуальностью исключаются из-за гетеросексуальных biases (кстати, в основном мужских).
  • «Давайте бороться за равноправие всех рас и народов!»
    Перевод: давайте закрывать глаза на то, что на Западе до сих пор исключены чёрные, а в России исключены люди «нетитульных» наций и со среднеазиатской внешностью.
  • «Давайте бороться за удобство для всех участников движения!»
    Перевод: давайте закрывать глаза на то, что все, кроме автомобилистов и пешеходов, исключены из-за bias автомобилистов (в том числе велосипедисты, самокатчики, роллеры, люди на инвалидных колясках).

«Равные права для всех» — это уловка, нужная исключающему человеку для успокоения, сохранения статус-кво и его/её bias.

Что ж мне делать?

Извини, это не очень практично. Тогда вот практические советы.

  • Посмотри вокруг. Вокруг тебя всегда такие же люди, как ты — по цвету кожи, образованию, достатку, отношению к «меньшинствам» и так далее? Скорее всего ты не просто формируешь удобную для себя среду жизни, но и исключаешь из неё разных людей. Ты не за равенство людей, ты за единообразие.
  • Обратись внутрь себя, понаблюдай за собой, активно ищи свои biases. Борьба людей за свои права, которая вызывает у тебя раздражение или несогласие, скорее всего высветит твой bias. Привилегированная группа никогда не борется за свои привилегии, пока не начинает терять их.
  • Также маркером могут послужить «неприятные люди», которые оказываются в твоём круге внимания и вызывают раздражение. Если ты говоришь «Пусть будут какими хотят, но подальше от меня», это тоже высвечивает твой bias. Бедные, толстые, богатые, голые, активные, забитые, геи, гетеро, неопределившиеся. Если такие люди постоянно вызывают твоё раздражение, ты либо исключаешь их, либо избегаешь (то есть, являешься объектом исключения).
  • Общайся с теми, кто захотел общаться с тобой. Это очень трудный шаг, но это первый шаг к отказу от своих bias и исключения людей. Выражай внимание и уважение к любому человеку, даже если он(а) не принадлежит к твоему комфортному миру. Это не означает отказ от личного пространства, ты имеешь право общаться ровно на столько, на сколько это комфортно тебе.
  • Не молчи, если оказываешься в ситуации, когда людей активно исключают — как в оффлайне, так и в онлайне. Исключаемым нужна поддержка, они такие же люди, как и ты. Большинство людей молчат, видя дискриминацию или исключение. Если имеешь силы, чтобы озвучить свой голос, — сделай это. Долгосрочной активностью, действием, постом в соцсети, лайком, личным сообщением… Исключенным важна любая, даже самая маленькая демонстрация поддержки.
  • Рассказывай другим о разнице между юридическим неравноправием, дискриминацией и персональным исключением людей из своей жизни.
  • В широком смысле учись беседовать с людьми в состоянии «не-bias»: осознанно, активно, направляясь на расширение перспективы, понимание различных альтернативных точек зрения, построение более точной картины мира.

Возможно, вместе мы сделаем хотя бы небольшой шаг к принятию друг друга такими, какие мы есть. К состраданию. К эмпатии. К миру, в котором мы хотим жить.