Адвокат пашина

Пашина Татьяна Васильевна

Основные данные:

При добавлении отзыва на страницу Пашина Татьяна Васильевна, постарайтесь быть объективными. Любой комментарий проходит проверку модераторов, это занимает время. Ваши слова должны быть ПОДКРЕПЛЕНЫ ДОКУМЕНТАЛЬНО(чеки, решения суда и пр.)! Оставляйте контакты, иначе ваш отзыв рискует быть удаленным!

Вся доступная информация об адвокате Пашина Татьяна Васильевна. Информация взята с открытого источника: сайта Минюста РФ и предоставляется посетителям на безвозмездной основе. Если вы Пашина Татьяна Васильевна и хотели бы дополнить, изменить или удалить информацию о себе, напишите нам письмо.
Данная страница не является официальной страницей адвоката. Данный адвокат не является сотрудником сайта ТопЮрист.РУ и не оказывает здесь консультаций. Если вы хотите решить свою проблему, то воспользуйтесь бесплатной юридической консультацией от наших партнеров.

Адвокат Пашина Елена Викторовна

Пашина Елена Викторовна — адвокат.

2002 — успешно окончила юридический факультет Санкт-Петербургского государственного университета. Присвоена степень бакалавра юриспруденции.

2004 — успешно окончила магистратуру юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета. Присвоена степень магистра юриспруденции.

2007 — успешно окончила Санкт-Петербургский государственный институт психологии и социальной работы, выдан диплом, дающий право работы практическим психологом.

2002-2009 — работа в организациях естественных монополий в области электроэнергетики (ЗАО «Петроэлектросбыт», ОАО «Ленэнерго», ОАО «Петербургская сбытовая компания») на должностях ведущего юрисконсульта, затем начальника юридического отдела.

2007-2009 — преподавательская деятельность в Петербургском энергетическом институте повышения квалификации.

с 29.10.2009 — адвокат Адвокатской палаты Ленинградской области,
регистрационный номер 47/1292 в реестре адвокатов Ленинградской области.

Частно практикующий адвокат по вопросам жилищного и гражданского права.

В работе отличает серьезный, квалифицированный и системный подход к проблеме. Берусь за дела, только если вижу, что закон на стороне доверителя.

Зашищаю интересы доверителя как свои собственные — это залог успешного ведения дела.

Адвокат Пашина Елена Викторовна

Что делать, если на вас подали в суд или вы сами решили защитить свои права в суде?

Ответ однозначный – идти за помощью к адвокату!

Почему, спросите Вы, ведь можно получить консультацию, купить кодексы и книги из серии «Как написать иск самому»?

Можно! Но нужно ли?

Согласитесь, ведь никому не приходит в голову лечить заболевший зуб самому, почитав медицинские книги, и спросив врача, какую пломбу лучше ставить! Адвокат, как и врач, занимается проблемами, которые могут при неблагоприятном исходе коренным образом изменить Вашу жизнь.

Судебный спор требует знания многих процессуальных тонкостей, от правильного применения которых может зависеть исход дела. Поэтому заранее готовых ответов на все вопросы, которые возникнут в ходе судебного процесса, просто не существует, и искать их в книгах советов на все случаи жизни бессмысленно.

Даже сами адвокаты, столкнувшись, подчас, с необходимостью защищать свои права, обращаются за помощью к своим коллегам, потому что самозащита отнимает много сил и времени, и всегда сопряжена с эмоциями, которые не дают работать качественно.

Обратившись за помощью к адвокату, Вы избавите себя от необходимости встречаться со своими оппонентами в суде, что, несомненно, благотворно будет сказываться на Вашей нервной системе. Подумайте о своем здоровье!

Расходы, которые несет доверитель, обратившись за помощью по ведению дела в суде к адвокату, подлежат взысканию в том же судебном разбирательстве с процессуального оппонента.

Пашин Сергей Анатольевич.

Биография: Пашин Сергей Анатольевич: биография

федеральный судья в отставке, Заслуженный юрист Российской Федерации
Биография
Показать полностью…
С 1979 по 1984 год учился на дневном отделении Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова; окончил юридический факультет с отличием по специальности «правоведение».

С 1984 по 1987 год учился в очной, а затем в заочной аспирантуре там же. Защитил в 1988 году диссертацию на соискание учёной степени кандидата юридических наук по теме: «Судебные прения в механизме установления истины по уголовному делу».

C 1990 года — главный специалист юридического отдела Аппарата Президиума Верховного Совета РСФСР.

В 1995 году возглавил отдел судебной реформы Государственно-правового управления Президента Российской Федерации.

С 1996 по 2001 год — судья Московского городского суда;

По некоторым данным, из-за конфликтов с Председателем суда Ольгой Егоровой дважды был лишён полномочий, но Высшая квалификационная коллегия судей отменяла решения, принятые против Пашин Дата рождения: 18 декабря 1962

100 записей предложить новость

Сергей Анатольевич Пашин, неоднократно признававшийся лучшим преподавателем, несомненно, является знаменитостью факультета права НИУ ВШЭ и всего российского юридического сообщества. Его отличительными чертами всегда были Показать полностью… неподдельная интеллигентность, интеллектуальность, преданность профессии и людям. Соавтор УПК РФ, разработчик концепции судебной реформы, главный идеолог института суда присяжных в России, защитник прав и свобод человека – на этом список профессиональных достижений и интересов Сергея Анатольевича не исчерпывается! С этим удивительным и разносторонним человеком у нас состоялся, надеемся, интересный разговор, который мы с радостью представляем нашим читателям.

Здравствуйте, Сергей Анатольевич! Благодарю Вас за готовность сотрудничать с журналом! Институты гражданского общества в современной России проходят испытание на прочность: прочность убеждений людей, их характеров и выдержек. В связи с этим мой первый вопрос. Вы являетесь членом Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека. В чём, на Ваш взгляд, заключается основная функция Совета? Для чего он нужен Президенту?

Президент заинтересован в том, чтобы получать обратную связь. Он утвердил Положение о Совете, которое определяет его функции. Наше дело – давать рекомендации Президенту, и, простите за вольность, наставлять его, пока он готов нас слушать.

Прислушивается ли Президент к рекомендациям Совета? Видны ли результаты деятельности Совета?

Президент решает, есть результаты или нет их. Мы (члены Совета) можем быть довольны или не довольны. Подчас нас не устраивает, что происходит: к нашим рекомендациям не прислушиваются или искажают их при исполнении. Даже когда Президент даёт поручения, ведомства стремятся спустить это «на тормозах». Но мне кажется, что Президент относится к Совету очень уважительно, всегда готовится к заседаниям, и это видно: они проходят нечасто, но Президент всё внимательно выслушивает, и обычно срок работы становится больше, чем изначально планировалось. Президент заинтересован в этих встречах. Эффект, по-видимому, есть. Он может быть не явным. Более того, посещение членами Совета регионов тоже даёт определённые положительные сдвиги: в Казани мы были, в Краснодарском крае были, в Чечне были. Это способствует защите представителей местного гражданского общества, потому что одно то, что они могут обратиться в Москву к людям, которые встречаются с Президентом, уже создаёт им определенную защиту от произвола.

Какие инициативы Совета были наиболее полноценно восприняты и реализованы? И какие, наоборот, получили наибольшее сопротивление?

Например, недавний закон «Об общественном контроле» разрабатывался Советом, и он принят с учётом позиции Совета. Мы также участвуем в разработке ряда Постановлений Пленума Верховного Суда РФ. Я, например, участвовал в разработке Постановления Пленума Верховного Суда РФ об обеспечении гласности (открытости) в деятельности судов, это очень важное Постановление. Одна из инициатив Совета – стопроцентная фиксация аудио- и видео-средствами судебных разбирательств. Мы готовили соответствующий законопроект, представили его Президенту, и какие-то его положения вошли в законопроект, рассматриваемый в Государственной Думе РФ. Какие проблемы? Конечно, проблемы с «иностранными агентами» – этим термином клеймят активных правозащитников, образованные ими НКО. Законодатель и Президент очень медленно отходят от той жёсткой и непродуманной позиции, которая была заявлена изначально, но какие-то сдвиги всё равно существуют.

Говоря об иностранных агентах, полагаете ли Вы, что какое-то регулирование этой области всё же необходимо? Так, сторонники закона об иностранных агентах активно ссылаются на американское регулирование, где, по их словам, с иностранными агентами не церемонятся.

Не церемонятся, правильно, но нам надо было и взять тогда американское регулирование, а не выдумывать свои душераздирающие нормы. А главное – практика: когда человеку вменяют законопроектную работу как политическую деятельность, это мне кажется странным. А почему, собственно? Более того, всякое выступление человека перед массовой аудиторией с целью на неё повлиять тоже считается, почему-то, политической деятельностью. Ничего этого в американском законодательстве нет! Да, конечно, не надо церемонится с теми, кто выполняет заказы иностранного государства или иностранной организации. Но тот, кто на деньги иностранных фондов проводит работу, полезную для России – правозащитную, социально-значимую работу – или же просто выражает несогласие с властью, или предлагает способы защиты прав человека, отличные от того, что хочет власть – тот не агент, а патриот. Эту деятельность нельзя считать политикой. Политика – это сфера борьбы за власть. А если люди не за власть для себя борются, а за реализацию конституционных целей, то и слава Богу!

Одной почтенной организации поставили в упрёк то, что она в Дагестане распространяла опыт Прокуратуры Москвы по созданию Общественных советов при прокуратуре. А в чём же тут политика? Переговорная площадка… Ещё был скандал, когда я выступил в Махачкале перед судьями Верховного Суда Дагестана. Это был день, отведённый на учёбу, и обсуждали мы вполне правовые проблемы допустимости доказательств. В этом усмотрели политическую деятельность!

В Вашем выступлении?

Да. Вот вам и политическое дело: выступил перед судьями Верховного суда республики. Это же сумасшествие! Понимаете, чиновники хотят выслужиться, прихлопнуть всякую инициативу, чтобы никто не пикнул, но это довольно глупо, потому что площадки для взаимодействия государства и гражданского общества должны быть! Совет – это то место, где разные люди, иногда с диаметрально противоположными взглядами, могут свободно общаться на нормальном языке, а не на языке команд и резиновых палок. И это правильно.

Прежде, чем перейти к наиболее любимой Вами теме – институту суда присяжных – предлагаю затронуть следующий вопрос. недавно состоялось Пленарное заседание Апрельской научной конференции, тема которого звучала, приблизительно, так: «Спрос на право». Есть ли, на Ваш взгляд, «спрос» на право в России среди обычных граждан (непрофессионалов в области права, не предпринимателей)? Есть ли у них потребность в таком способе регулирования своих отношений?

Такая потребность есть, потому что граждане сталкиваются с произволом: с произволом работодателя, чиновника, полицейского… Конечно, есть «спрос» на право! Граждане хотели бы, чтобы с ними обращались в соответствии с нормативными предписаниями.

Но готовы ли граждане всё время, свободное от чьего-либо произвола, жить, используя право? Или же включается логика старой русской поговорки: «Не хотите по хорошему, тогда будем по закону». У большинства россиян право, всё же, ассоциируется с законом. Готовы ли россияне жить по закону? Или по «понятиям» ближе?

Очевидно, что всех тонкостей различия права и закона граждане не знают. А по «понятиям» живут всегда в своём кругу: это касается и профессионалов, и простых людей. Естественно, в своей деревне расписки ты не возьмёшь со своего приятеля, правда? Но когда человек общается с агентами власти, то он заинтересован в том, чтобы они вели себя по регламенту, по праву. Многие люди с удовольствием обходили бы право, и это – тоже факт! Это связано не с отторжением права, а с неверой в него. Многие скажут: «А нельзя ли всё-таки как-нибудь заплатить, чтобы меня оставили в покое?». Конечно, и такое бывает, но связано это, прежде всего, с тем, что право отрицает власть. Поэтому человек, видя, что с ним намерены сделать что-то нехорошее, думает не о том, что: «Может быть и правильно, может быть я действительно что-то не так сделал?», а «Вот, значит, он – агент власти – хочет с меня чего-то поиметь, вот и придирается, гад». Это искаженное восприятие может быть искоренено только при условии систематического и продолжительного правового поведения самой власти.

Я неслучайно спросил о «спросе» на право перед обсуждением суда присяжных. Многие мои знакомые, да и не только мои, получив повестку, которая приглашала их поучаствовать в суде присяжных, звонили и задавали один и тот же вопрос: «Как этого избежать?». В связи с этим, готовы ли граждане участвовать в развитии института суда присяжных? И готова ли к этому власть?

Власть не готова. То есть, власть вполне может найти ресурсы. Это очевидно, если почитать Правительственную программу развития судебной системы на период до 2020 года, но ресурсы вкладываются в отписывание дел, в компьютеры, в обеспечение конвейера. А суд и правосудие – это ведь не изготовление табуреток. Есть разница между промышленностью, сельским хозяйством и судом, потому что суд – это производство не дел и решений, а производство справедливости. И это значит, что компьютерами здесь ничего не решишь. Держиморда или Иван Антонович Кувшинное Рыло и с компьютером остаются все теми же непривлекательными персонажами, в сущности, злодеями.

Теперь про готовность народа. Исследования показали, что в работе суда присяжных настроены принимать участие либо люди с высоким потребительским статусом, которые считают это своим гражданским долгом, либо люди обездоленные, для которых это важно с точки зрения чувства причастности к власти, да и деньги, пусть и скудные, им не помешают. В целом, настроение в обществе кислое, малоблагоприятное, зыбкое, но в 1994-м году по вызову в суд пришло 92% присяжных. Это связано с атмосферой: если культивировать веру в суд присяжных, если люди будут чувствовать, что суд присяжных – это престижно, если процессы будут организованы разумно (например, не надо создавать процессов на три года, не надо прерывать заседания на два-три месяца ), то всё будет нормально.

Как быть с противостоянием, которое встречает суд присяжных на своём пути? Противники, говоря о неспособности суда присяжных эффективно функционировать, всегда вспоминают два дела: дело Веры Засулич и дело О’Джей Симпсона. Что можно ответить на это?

Эти ошибки суда присяжных не злонамеренные, это честные ошибки. Российские и западные исследования показали, что присяжные руководствуются доказательствами. Есть какие-то ловкие манипуляции, но в конечном счёте они не являются решающими.

Что касается истории Симпсона, то это понятно: одно дело – признать человека виновным и потом задушить его в газовой камере, а другое – насчитать ему долг, размером в несколько миллионов. Это совсем разный уровень ответственности, так что справедливость, в конце концов, восторжествовала.

Справедливо, но в деле Веры Засулич были налицо все доказательства того, что она стреляла в генерала Трепова. Почему же вердикт присяжных, которые, как Вы сказали, руководствуются доказательствами, был оправдательным?

Дело Веры Засулич – это тройная ошибка прокуратуры, а не дурь присяжных. Во-первых, министр юстиции (он же генеральный прокурор) граф Пален велел судить террористку Засулич (все данные, указывающие на террористический характер содеянного имелись) как уголовницу. Во-вторых, талантливые прокуроры сказали, что они будут участвовать в процессе, если им позволят критиковать генерала Трепова, который приказал высечь розгами народника Боголюбова. Им это запретили, и два прекрасных прокурора отказались участвовать в этом деле и ушли в отставку, а вместо них назначили малоталантливого, но старательного прокурора Кесселя. В-третьих, Кессель отказался отбирать присяжных, после чего его шесть отводов перешли к защите, которая и сформировала благожелательную скамью присяжных. Вот и всё.

То есть, можно говорить о том, что существование суда присяжных станет для правоохранительных органов стимулом к лучшей и более профессиональной работе?

Да, так и есть. По делам, которые подсудны суду присяжных, так и есть. И это скажет любой: и противник суда присяжных, и его сторонник. Правоохранительные органы рассуждают так: ни одно плохо подготовленное дело в суд присяжных идти не должно. С широким распространением суда присяжных вся система облагородится. Тем более, что в каждом регионе есть, как минимум, два судьи, которые «сидят» на суде присяжных и очень хорошо с ним знакомы. Они – элита судейского сообщества, даже если сообщество об этом не подозревает! То есть, люди, которые могли бы научить других подлинно состязательному правосудию, есть. И эффект распространился бы, повторюсь, на всю систему.

Почему же тогда этот институт в России наталкивается на такое препятствие?

Именно поэтому! С судом присяжных правоохранителям не так вольготно. Раньше всё было просто, а в суде присяжных надо работать, молчать нельзя, надо доказывать обвинение, а не просто твердить, что человек виновен. Присяжные чувствуют неправду, они считают, что нельзя признать виновным человека, если его пытали. Чиновники привыкли «обделывать» дела в своём номенклатурном кругу, а с народом говорить давно разучились и опасаются его представителей.

Справедливым ли будет утверждение, что судьи тоже стали превращаться в чиновников?

Они всегда были чиновниками. Судьи входили в номенклатуру райкома, обкома, ЦК КПСС, а теперь находятся под колпаком спецслужб. В этом-то и проблема, что судьи в России – это чиновники, мастера отписывания дел, а нужно, чтобы они стали асами судебного разбирательства, вершителями правосудия.

Для приближения к правосудию должны произойти институциональные изменения или достаточно изменений в сознании судей?

В основном, в голове, конечно. К сожалению, сегодня суд – это конвейер по отписыванию дел. Правосудие отсутствует, а «правосудность» суда всегда внутри человека. Многие искренне совершают злодейства в интересах власти, считая, что так и нужно поступать. В этом коварство нашей ситуации. Институциональные изменения должны проявиться в том, чтобы председатель суда не мог преследовать судью по мотивам: «качество низкое», «начальство с тобой не согласно». Тогда будет надежда на самостоятельность и независимость судьи. Холоп, страшащийся кары, не может быть судьей.

Мы постоянно употребляем слово «правосудие». В чём его цель и сущность, на Ваш взгляд?

Правосудие как искусство. В чём цель искусства?

Это сложный вопрос.

Вот-вот. С правосудием всё то же самое. По сути правосудие, искусство – это вещи избыточные, и их востребованность доказывает, что человек не сводится к физической оболочке. Мы несём на себе образ чего-то Высшего. Вот для этого существует правосудие. Если искусство – это практикование красоты, то правосудие – это практикование справедливости.

Справедливость и милосердие – разные категории. Как должен поступить судья при их столкновении?

Необходимо установить иерархию понятий. Один наш церковный иерарх говорил так: «Право выше закона, справедливость выше права, милосердие выше справедливости, а любовь выше милосердия». Так оно и есть. Александр II записал в Манифесте: «Да правда и милость царствуют в судах».

То есть, для судьи милосердие должно быть более предпочтительным, нежели справедливость?

Соотношение милосердия и справедливости часто вспоминается, когда речь заходит о правах потерпевших, поскольку некоторые полагают, что проявив милосердие к подсудимому, суд поступает несправедливо по отношению к потерпевшим. Так ли это? И есть ли основания для расширения прав потерпевших?

Разве есть у потерпевшего право взыскать свою обиду наказанием? У него нет этого права, и дело суда состоит вовсе не в том, чтобы ублаготворить потерпевшего местью. Обречь на мучения обидчика – это не цель суда. Более того, мы же судим человека за то, что он нарушил установления государства, а не обидел потерпевшего. Потерпевший должен получить, во-первых, компенсацию и, во-вторых, душевный покой. Защита прав потерпевшего состоит не в том, чтобы терзать подсудимого, потому что потерпевший так хочет, а в том, чтобы дать ему проявить лучшую сторону своей человеческой природы: может быть, простить, а может быть – нет.

Учитывая всё сказанное, как повысить качество работы суда? Мы же не можем влезть в голову судьям и поменять их сознание, взгляды на жизнь.

Для это есть высшее юридическое образование, которое должно быть построено на некоторых нравственных принципах. Для этого судьи корректируются участием в процессах представителей народа, гласным отправлением правосудия.

Адвокатский кабинет Пашиной Татьяны Васильевны

адрес: 169600, Республика Коми, Печора г., Печорский просп., 33, каб. 38-г

телефон: +7 (904) 106-. — показать

график (часы) работы: пн-пт 10:00–17:00

официальный сайт: не найден

Будем вам благодарны, если вы оставите отзыв

Пожалуйста, оставьте небольшой отзыв о компании: несколько слов о качестве работы и вашем общем впечатлении — помогите другим посетителям сделать правильный выбор. Большое спасибо!

Построить маршрут

Введите адрес пункта отправления и узнайте самый быстрый маршрут до пункта назначения

Адвокат Пашина Е.В.

Метро: Гражданский проспект, 51 м.

При обращении в компанию « Адвокат Пашина Е.В. », пожалуйста, скажите, что нашли информацию на сайте Желтые Страницы YP.RU (УайПи.ру)

Адвокаты — правовая помощь:

Все компании по адресу:

Желтые Страницы рекомендуют

Похожие компании

Отзывы клиентов компании Адвокат Пашина Е.В.

Отзывы об этой компании отсутствуют. Вы можете добавить первый отзыв, предварительно авторизовавшись на сайте. Ваш отзыв будет утвержден модератором, после чего появится на сайте. Статус модерации всегда можно узнать в личном кабинете.

«Дешёвое правосудие дорого обходится обществу» // Обзор беседы с адвокатом Юрием Лариным

21 ноября на факультете права состоялась беседа на тему «Особый порядок судебного разбирательства: проблемы защиты», организованная студенческим научным обществом Liberum Mare при поддержке С.А. Пашина. Адвокат Юрий Ларин помог студентам лучше понять причины широкого применения особого порядка судебного разбирательства и рассказал о недостатках такого судебного процесса.

Юрий Александрович Ларин, адвокат Центральной коллегии адвокатов города Москвы, был специально приглашен для участия в беседе. Он отметил, что в этом году исполнилось 15 лет со дня введения в действие главы 40 УПК РФ, которая закрепила особый порядок судебного разбирательства (УПК РФ вступил в силу с 1 июля 2002 г. – прим. ред.). Докладчик указал на то, что при судебном разбирательстве в особом порядке не предполагается полноценное исследование доказательств по делу. В связи с чем процедура судопроизводства значительно упрощается, однако при любом упрощении важно не потерять смысл уголовного процесса. Кроме того, особая опасность кроется в том, что 90% составов преступлений подпадают под возможность применения особого порядка. Вследствие того, что правоприменитель и судья привыкают работать, используя упрощенную для них систему, у них теряется навык ведения и рассмотрения дел в общем порядке. По словам спикера, упрощение «бьет» по всем гражданам нашей страны, ведь «дешевое правосудие дорого обходится обществу».

Для яркого описания проблем защиты в особом порядке Юрий Ларин рассказал об одном из своих дел и поделился со студентами материалами для ознакомления. Он продемонстрировал, что у особого порядка очень много «особенностей», и не все из них нацелены на достижения правосудия, но адвокат может и обязан оказывать такую помощь своему клиенту, чтоб максимально защитить его интересы, но действовать во имя правосудия.

Кроме заявленной темы спикер также коснулся и тенденции ограничения действия института суда присяжных (например, было сокращено число членов присяжных с двенадцати до восьми человек в судах субъектов Российской Федерации и окружных военных судах). Также Юрий Ларин напомнил, что подавляющее большинство оправдательных приговоров выносится именно за счет суда присяжных заседателей. Поэтому в некотором смысле такие ограничения можно признать нецелесообразными. Конечно, нельзя не сказать о Сергее Анатольевиче Пашине, который был одним из главных инициаторов введения института суда присяжных в современной России. Профессор факультета права НИУ ВШЭ присутствовал на вечерней беседе

Студенты выразили интерес к рассматриваемым проблемам и приняли активное участие в дискуссии. Многих интересовал вопрос о возможности уменьшить нагрузку на судебные органы не через повсеместное распространение особого порядка судопроизводства, а иными путями. Юрий Ларин отметил, что, по его мнению, выходом из этой проблемы является увеличение количества судей для достижения этой цели.

Выражаем благодарность студенческому научному обществу Liberum Mare за организованную встречу и желаем дальнейших успехов в проведении конференций, бесед и круглых столов.