196 ук рф верховный суд

СУБЪЕКТЫ ПРЕСТУПЛЕНИЙ В СФЕРЕ НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВА)

Неотъемлемым показателем развитой экономики служит действенный механизм защиты прав кредиторов в условиях несостоятельности (банкротства). Одним из элементов данного механизма является установление уголовной ответственности за нарушение указанных прав.

Уголовным кодексом Российской Федерации (УК РФ) предусмотрена ответственность за три вида преступлений в сфере несостоятельности (банкротства): неправомерные действия при банкротстве (ст. 195), преднамеренное банкротство (ст. 196), фиктивное банкротство (ст. 197). Однако применение ст.ст. 195—197 УК РФ сопряжено с определенными трудностями, не позволяющими в полной мере защитить права кредиторов в условиях несостоятельности (банкротства) уголовно-право-выми средствами.

В статье нами будет рассмотрен только один аспект данной проблемы, а именно вопрос, связанный с определением субъектов преступлений, предусмотренных ст.ст. 195—197 УК РФ.

Анализ статей Уголовного кодекса Российской Федерации, устанавливающих ответственность за неправомерные банкротства, позволяет сделать вывод о том, что в ч. 2 ст. 195, ст.ст. 196, 197 УК РФ указаны субъекты преступления, которые являются по существу специальными. Выделяются три вида субъектов данных преступлений:

а) руководитель юридического лица;
б) учредитель (участник) юридического лица;
в) индивидуальный предприниматель.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ руководителем должника признается единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Таким образом, главным критерием признания лица руководителем юридического лица-должника является предусмотренная федеральным законом возможность действовать от имени юридического лица без доверенности.

В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (ГК РФ) юридическое лицо — это организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Юридическое лицо может быть коммерческой и некоммерческой организацией, т. е. может иметь или не иметь цель получения прибыли в результате своей деятельности.

Уголовной ответственности за неправомерные банкротства подлежат руководители как коммерческих, так и некоммерческих организаций-должников при условии, что на эти организации распространяется действие Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и «О несостоятельности (банкротстве) кредитных

организаций» от 25 февраля 1999 г. № 40-ФЗ. Исключение составляют казенные предприятия, учреждения, политические партии и другие организации, указанные в п. 1 ст. 65 ГК РФ, в соответствии с положениями которого они не могут быть признаны банкротами.

До настоящего времени окончательно не решен вопрос о возможности привлечения к уголовной ответственности по анализируемым статьям арбитражных управляющих.

Проведенное нами анкетирование показало: большинство правоприменителей считают, что арбитражный управляющий может быть субъектом преступлений, предусмотренных ст. 195 УК РФ (утвердительно ответили 59,7%, 68 чел.; отрицательно — 17,5%, 20 чел.; затруднились с ответом — 22,8%, 26 чел.).

Арбитражный управляющий не указан в качестве субъекта преступлений, связанных с банкротством. Вместе с тем арбитражный управляющий является одним из обязательных участников отношений в сфере несостоятельности и обладает достаточно широкими полномочиями, что дает ему почву для злоупотреблений.

Например, с момента отстранения от должности руководителя организации- должника арбитражный управляющий наделяется полномочиями руководителя должника, в том числе и правом распоряжения имуществом. В научной литературе обоснованно ставится вопрос о необходимости признания арбитражных управляющих субъектом неправомерных банкротств. Однако относительно возможности привлечения к уголовной ответственности данной категории лиц в соответствии с действующей редакцией УК РФ нет единого мнения. Так, И. В. Шишко и Г. Н. Хлупина утверждают, что арбитражных управляющих следует «причислить к разряду руководителей организаций-должников»(1).

Другого мнения придерживается Н. А. Лопашенко, которая считает, что арбитражные управляющие не отнесены законом к субъекту преступления, предусмотренного ст. 195 УК РФ, и все категории арбитражных управляющих не могут быть признаны руководителем организации-должника, поскольку назначаются не для выполнения функций исполнительного органа, а для проведения процедур банкротства и осуществления иных установленных законом полномочий. При этом Н. А. Лопашенко говорит о необходимости введения уголовной ответственности для данной категории лиц(2). Аналогичной позиции придерживается и И. Ю. Михалев(3).

Следует согласиться с И. В. Шишко и Г. Н. Хлупиной, поскольку действительно, как уже отмечалось, главным критерием признания лица руководителем должника является указанная в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» возможность действовать от имени юридического лица без доверенности. Других критериев в Законе не содержится.

Так, в соответствии со ст. 94 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при введении на предприятии внешнего управления полномочия руководителя должника переходят к внешнему управляющему, который действует от имени организации без доверенности. Данное положение прямо вытекает из Закона. Аналогичная ситуация просматривается и при открытии конкурсного производства. Однако необходимо иметь в виду, что конкурсный управляющий действует уже после принятия судом решения о признании должника банкротом (ч. 1 ст. 124 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), а предусмотренные чч. 1 и 2 ст. 195 УК РФ действия могут совершаться лишь при наличие признаков банкротства, т. е. в период до вынесения решения суда о признании должника несостоятельным (банкротом). Таким образом, конкурсный управляющий хотя формально и становится руководителем должника, но не может являться субъектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ.

Анализ Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» позволяет

сделать вывод о том, что временный и административный управляющие руководителями организации-должника не являются, так как введение процедур наблюдения и финансового оздоровления по общему правилу не влечет отстранения от должности руководителя должника. В некоторых предусмотренных указанным Законом случаях по ходатайству временного или административного управляющего руководитель должника может быть по решению суда отстранен от должности, но при этом его полномочия на арбитражного управляющего не возлагаются.

Следовательно, временный и административный управляющие не могут рассматриваться в качестве субъектов преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ.

Гражданским законодательством (например, Федеральным законом «Об акционерных обществах» от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ) предусмотрена возможность передачи функций управления по договору управляющей организации или индивидуальному предпринимателю (управляющему). В этой связи возникает проблемная ситуация, связанная с возможностью признания руководителя управляющей организации и управляющего субъектами анализируемых преступлений.

Руководитель управляющей организации и управляющий не могут быть признаны субъектами преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 195, ст.ст. 196—197 УК РФ, так как их полномочия вытекают не из закона, а из договора.

Отдельную проблему составляет оценка действий, направленных на возникновение признаков несостоятельности (банкротства) организации, совершаемых руководителем, занявшим эту должность в результате подлога (например, в случае рейдерского захвата).

Представляется, что руководитель, назначенный на должность незаконно, не может нести ответственности за преднамеренное банкротство, так как, не являясь по сути руководителем организации, он не может быть признан субъектом данного преступления.

К коммерческим организациям, которые могут быть признаны несостоятельными (банкротами), относятся и унитарные предприятия, наделенные в отношении передаваемого им собственником имущества правом хозяйственного ведения (ст.ст. 113, 114 ГК РФ, ст. 2 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» от 11 октября 2002 г. № 161-ФЗ). Их руководители — возможные субъекты рассматриваемых преступлений.

Казенные предприятия, основанные на праве оперативного управления, не подпадают под действие Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», что выводит их руководителей из круга специальных субъектов преступлений, предусмотренных ст.ст. 195—197 УК РФ.

На практике встает вопрос, как квалифицировать действия представителя собственника имущества должника-унитар-ного предприятия, если он совместно с руководителем должника совершил действия, направленные на возникновение признаков банкротства или неправомерные действия при наличии признаков банкротства, предусмотренные ч. 2 ст. 195 УК РФ.

На наш взгляд, при совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 195 УК РФ, ст.ст. 196, 197 УК РФ, совместно с руководителем должника представитель собственника имущества должника должен нести ответственность по правилам ч. 4 ст. 34 УК РФ.

В том случае, когда в соответствии с Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель организации-должника отстраняется от руководства организацией, он уже не является субъектом рассматриваемых преступлений, так как теряет необходимые для квалификации специальные признаки. Тем не менее он сохраняет возможность совершения неправомерных банкротств.

По мнению некоторых ученых, и с этой позицией следует согласиться, при квалификации преступных действий, формально содержащих признаки составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 195—197 УК РФ, совершенных бывшим руководителем организации, необходимо обращаться к общим, по отношению к рассматриваемым, нормам уголовного закона — ст.ст. 160, 165, 201 УК РФ(1).

Следующим субъектом преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 195, ст.ст. 195—197 УК РФ, названы учредители (участники) юридического лица.

Совершение рассматриваемых преступлений без участия учредителей, представителей совета директоров, акционеров, как правило, невозможно. В связи с этим законодатель обоснованно указал учредителей (участников) юридического лица-должника среди субъектов неправомерных банкротств.

В соответствии с гражданским законодательством учредители (участники) хозяйственных товариществ или обществ наделены широкими полномочиями: возможность участвовать в управлении делами товарищества или общества в порядке, установленном федеральным законом, получать информацию о деятельности товарищества или общества, знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией (ч. 1 ст. 67 ГК РФ) и др. Участие в управлении делами хозяйственного общества участниками (учредителями) осуществляется через такие органы, как общее собрание участников общества (акционеров), наблюдательный совет (совет директоров). Общее собрание участников общества (акционеров) является высшим органом управления, за которым закреплена исключительная компетенция.

Законодатель на разделяет понятия «учредитель» и «участник». Вместе с тем данные понятия имеют разное содержание.

Учредителем может быть назван субъект права, который совершает сделки, иные юридически значимые и фактические действия, направленные на создание юридического лица, а именно: принимает решение о создании нового субъекта права, принимает (утверждает) его учредительные документы, передает ему в собственность (или на ином праве) часть своего имущества для формирования его уставного капитала(1).

Учредителями являются только субъекты, которые были указаны в качестве учредителей в учредительных документах юридического лица на момент его первичной государственной регистрации в едином государственном реестре юридических лиц.

После государственной регистрации юридического лица его учредители автоматически становятся участниками (членами) данной организации, приобретая все права и обязанности, возникающие из этого участия (членства)(2). Лица, вошедшие в уже созданное юридическое лицо, становятся его участниками.

Относительно состава учредителей, по общему правилу учредителями юридического лица на территории России могут быть любые субъекты гражданского права, обладающие необходимой для этого правоспособностью и дееспособностью: граждане; юридические лица, а также публично-правовые образования (Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования). Иностранные граждане, лица без гражданства или с двойным гражданством, равно как иностранные юридические лица могут быть учредителями российских юридических лиц, за исключением случаев, установленных федеральными законами или международными договорами Российской Федерации (п. 1 ст. 2, ст. 7 ГК РФ)(3).

Под учредителями (участниками) юридического лица как субъектами преступлений, связанных с банкротством, надлежит понимать только физических лиц, поскольку только они могут нести уголовную ответственность по действующему законодательству.

Еще одним субъектом анализируемых преступлений назван индивидуальный предприниматель. В соответствии со ст. 23 ГК РФ гражданин приобретает статус индивидуального предпринимателя с момента государственной регистрации в качестве такового. Однако необходимо иметь в виду, что с момента принятия арбитражным судом решения о признании индивидуального предпринимателя банкротом

и об открытии конкурсного производства государственная регистрация в качестве индивидуального предпринимателя утрачивает силу, аннулируются выданные лицензии и, следовательно, индивидуальный предприниматель перестает быть субъектом неправомерных действий при банкротстве.

Кроме того, в соответствии с совместным постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 1 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» гражданин, занимающийся предпринимательской деятельностью, но не прошедший государственную регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя, не приобретает в связи с занятием этой деятельностью статуса предпринимателя.

Таким образом, гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, не может быть субъектом анализируемых преступлений. Однако некоторые исследователи обосновывают целесообразность привлечения к уголовной ответственности по указанным нормам таких граждан(1). Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает возможность привлечения к ответственности граждан, которые не являются индивидуальными предпринимателями, но соответствующие нормы вступают в действие только со дня вступления в силу федерального закона о внесении соответствующих изменений и дополнений в действующее законодательство. В связи с этим потребуется внесение изменений и дополнений в нормы уголовного закона, расширяющие круг специальных субъектов за счет указанной категории граждан. Пока же нормы ст.ст. 195—197 УК РФ в этой части применяться не могут.

Не является субъектом анализируемых преступлений и гражданин, который занимается деятельностью, формально подпадающей под признаки предпринимательской, но регистрируемой в ином порядке (например, нотариальная, аудиторская и иные виды деятельности).

Что касается субъектов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 195 УК РФ, то поскольку в ч. 1 ст. 195 УК РФ законодателем не указан круг субъектов, подлежащих уголовной ответственности, можно признать в качестве таковых как субъектов, предусмотренных в ч. 2 ст. 195 УК РФ, так и иных лиц.

В качестве иных лиц субъектами анализируемого состава могут выступить временный и административный управляющий.

Конкурсный управляющий, как уже указывалось, субъектом данного преступления признан быть не может, так как уголовно-правовой оценке подлежат только действия, совершенные в обстановке «при наличии признаков банкротства».

Если функции управления юридическим лицом переданы управляющей организации или управляющему, данные лица в случае совершения ими неправомерных действий при банкротстве, предусмотренных ч. 1 ст. 195 УК РФ, могут быть признаны субъектами данного преступления.

В части 3 ст. 195 УК РФ, так же как в ч. 1 ст. 195 УК РФ, не определен круг субъектов, подлежащих уголовной ответственности.

В качестве таковых можно признать и бывшего руководителя организации-должника, и индивидуального предпринимателя, который признан решением суда банкротом, поскольку действия, предусмотренные в диспозиции ч. 3 ст. 195 УК РФ, могут быть совершены только «в случаях, когда функции руководителя юридического лица, в том числе кредитной или иной финансовой организации возложены соответственно на арбитражного управляющего или руководителя временной администрации кредитной или иной финансовой организации».

Справка Кемеровского областного суда от 14 февраля 2012 г. N 01-08/26-153 о практике рассмотрения судами Кемеровской области уголовных дел о неправомерных действиях в сфере банкротства (ст.ст. 195-197 УК РФ)

Справка Кемеровского областного суда от 14 февраля 2012 г. N 01-08/26-153
о практике рассмотрения судами Кемеровской области уголовных дел
о неправомерных действиях в сфере банкротства (ст.ст. 195-197 УК РФ)

Справка подготовлена по заданию Верховного Суда РФ от 29.12.2011 года N УС-338/11.

Раздел 1. Вопросы по ст. 195 УК РФ

В 2011 году судьями Кемеровской области рассмотрено 2 уголовных дела в отношении 2 лиц по ч. 1 ст. 195 УК РФ, в обоих случаях с вынесением обвинительного приговора, один из них постановлен в особом порядке судебного разбирательства.

1.1 Чем руководствуются суды при установлении признака, характеризующего обстановку совершения преступления — «наличие признаков банкротства»? Имеется ли особенность при установлении этого признака для различных субъектов предпринимательской деятельности (индивидуальных предпринимателей, юридических лиц, юридических лиц — кредитных организаций)?

Обстановкой преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 195 УК РФ, является наличие признаков банкротства у должника.

Статья 195 УК РФ является бланкетной, для установления признака, характеризующего обстановку совершения преступления — «наличие признаков банкротства» следует обращаться к нормам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 года N 127-ФЗ определяющим признаки банкротства. В частности, ст. 3 названного закона определяет признаки банкротства юридического лица следующим образом:

«Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены».

Таким образом, рассматривая уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст. 195 УК РФ, судьям необходимо устанавливать, что неправомерные действия были совершены в ситуации более чем трехмесячного неисполнения должником своих обязательств перед кредиторами, хотя срок их исполнения наступил, и они должны были быть исполнены. При этом должны выясняться причины такого неисполнения, Неисполнение обязательств должно быть обусловлено неспособностью удовлетворения требований кредиторов. В том же случае, когда неисполнение вызвано не затруднительным финансовым положением должника, а, например, его нежеланием, то в таком случае нельзя говорить о наличии признаков банкротства.

1. Приговором Орджоникидзевского районного суда г. Новокузнецка от 03.02.2011 года С. осужден по ч. 1 ст. 195 УК РФ.

Судом установлено, что С., являясь генеральным директором ООО «_», осуществляющий руководство текущей деятельностью Общества, совершение сделок от имени Общества, распоряжение имуществом Общества, издание приказов и организацию ведения бухгалтерского учета в период процедуры банкротства — наблюдение, с 19.01.2007 года по 27.02.2007 года, совершил неправомерные действия при банкротстве, выразившиеся в сокрытии от временного управляющего имущества и сведений о нем, отчуждении и передаче имущества во владение иным лицам, совершенные при наличии признаков банкротства и причинившие крупный ущерб.

При возбужденной процедуре банкротства признаки банкротства, связанные с трех месячным неисполнением обязательств имеют место быть. Согласно п. 3 ст. 48 , п. 2 ст. 33 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требования к должнику — юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем сто тысяч рублей, и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

То, что неисполнение обязательств вызвано затруднительным финансовым положением, подтверждается материалами уголовного дела: заключением финансово-экономических экспертиз, показаниями свидетелей и др.

2. Другой пример.

Так, органами предварительного следствия М. обвинялся в том, что, являясь директором ООО «_», осуществляя руководство текущей деятельностью Общества, совершая сделки от имени Общества, распоряжаясь имуществом Общества в пределах, установленных общим собранием, в период с февраля по апрель 2009 года, заведомо зная, что ООО «_» является неплатежеспособным, действуя умышленно, из корыстных побуждений, в личных интересах, совершил неправомерные действия при банкротстве ООО «_», выразившиеся в сокрытии имущества, сведений об имуществе, его местонахождении, передаче имущества во владение иным лицам, отчуждении имущества, фальсификации бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность юридического лица, совершенные при наличии признаков банкротства и причинившие крупный ущерб, т.е. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 195 УК РФ.

Суд пришел к выводу, что предъявленное М. обвинение по ч. 1 ст. 195 УК РФ обосновано, подтверждается материалами дела. Приговор постановлен в особом прядке судебного разбирательства (приговор Ленинск-Кузнецкого городского суда от 18.07.2011 года).

Следствием установлено, что согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 01.01.2009 года дебиторская задолженность Общества (платежи по которой ожидаются в течение 12 месяцев после отчетной даты) составила 21 649 000 рублей, кредиторская задолженность составляла 42 190 000 рублей, в том числе задолженность перед персоналом организации 5 086 000 рублей, задолженность перед государственными внебюджетными фондами 1 956 000 рублей.

Согласно заключению судебной финансово-экономической экспертизы на 01.01.2009 года финансовое состояние ООО «_» являлось неудовлетворительным. Финансовые коэффициенты на исследуемую дату свидетельствуют об отсутствии у ООО «_» минимально допустимого уровня платежеспособности.

Доказательствами, подтверждающими осведомленность М. о крайне не удовлетворительном финансовом положении Общества являются:

— показания свидетеля Х., который показал, что работал в ООО «_» главным бухгалтером, в конце 2008 года ряд заказчиков не выполнили условия договоров строительного подряда, т.е. не провели оплату по факту исполненных договоров, ввиду чего в начале 2009 года у ООО «_» образовалась задолженность по выплате налогов и других обязательств. На вопрос следователя пояснил, что он доводил до сведения М. полную информацию о фактическом состоянии и финансово-экономическом положении Общества на период январь — март 2009 года, при этом М. знал обо всех кредиторах и дебиторах Общества, о размере долговых обязательства и о требованиях налогового органа.

— показания обвиняемого М., который показал, что в середине 2008 года предприятие попало в кризисное положение, т.к. частично прекратилась оплата за выполненные ранее работы, ввиду чего в начале 2009 года у ООО

«_» года образовалась задолженность по выплате налогов и других обязательств. Из сведений бухгалтерского баланса за 12 месяцев 2008 года Общества ему было известно, что дебиторская задолженность Обществу составила около 21 миллиона рублей, кредиторская задолженность Общества около 43 миллионов рублей. Он понимал, что в таком критическом финансово-экономическом положении ООО «_» не сможет продолжать свою производственную деятельность и не сможет выйти из кризисной ситуации, т.е. ООО «_» фактически является банкротом. С целью уклонения от взыскания по неоплаченным налогам и сборам налоговому органу за счет основных средств, принадлежащих ООО «_», он принял решение о снятии с бухгалтерского учета ООО «_» всех АТС, являющихся основными средствами Общества.

Однако материалами уголовного дела не подтверждено, что неправомерные действия совершены в ситуации более чем трехмесячного неисполнения должником своих обязанностей перед кредиторами.

Так, согласно материалам дела, несмотря на то, что уже на 01.01.2009 года финансовое положение ООО «_» являлось неудовлетворительным, не уплата обязательных платежей по налогам и сборам имела место с февраля по май 2009 года. М. вменялось совершение неправомерных действий в период с февраля по апрель 2009 года, т.е. на момент совершения неправомерных действий отсутствовала ситуация более чем трехмесячного неисполнения должником своих обязанностей перед кредиторами.

В частности, из показаний представителя потерпевшего (ИФНС России), а также представленных им документов следует, что по состоянию на 27.02.2009 года за ООО «_» числилась общая задолженность перед ИФНС России в сумме 3 145 017,97 рублей. В период с 27.02.2009 года по 30.06.2009 года ИФНС были предприняты меры принудительного взыскания данной суммы задолженности. А 20.05.2009 года, т.е. по истечении 3 месяцев, подано заявление в Арбитражный суд Кемеровской области о признании ООО «_» банкротом. 30.06.2009 года в отношении ООО «_» была введена процедура банкротства — наблюдение.

Случаев привлечения к уголовной ответственности по ст. 195 УК РФ индивидуальных предпринимателей или юридических лиц — кредитных организаций в практике судов Кемеровской области не имелось.

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 2 и ч. 3 ст. 195 УК РФ, судьи Кемеровской области в обозначенный период не рассматривали.

1.2. С какого момента преступление, предусмотренное ч. 1 или ч. 2 ст. 195 УК РФ, признается оконченным? Проиллюстрируйте примерами из судебной практики.

Изучение уголовных дел показало, что, несмотря на объективную необходимость и практическую значимость установления момента окончания преступления, предусмотренного ст. 195 УК РФ, для квалификации преступления как оконченного, приговоры не содержат прямого указания на момент окончания совершенного преступления. Время же совершения преступления в приговоре определяется по-разному.

В одном случае время совершения преступления определено периодом, в течение которого лицом были совершены активные действия, направленные на реализацию своего умысла и связано с уменьшением собственных активов должника.

Так, например, М. обвинялся в совершении неправомерных действий при банкротстве, а именно в том, что в период с февраля 2009 года по апрель 2009 года незаконно вывел из права собственности ООО «_» основные средства общей балансовой стоимостью 7 282 249, 56 рублей.

Обращаясь к материалам уголовного дела видно, что временем совершения преступления в данном случае определен промежуток времени, в течение которого непосредственно осуществлялись действия (сделки) по отчуждению имущества ООО «_» (снятие АТС с регистрационного учета, изготовление договоров купли-продажи и др.)».

Поскольку по данному уголовному делу потерпевшим признано помимо налоговых органов, само юридическое лицо — должник, можно предположить, что момент окончания преступления в данном случае связан не только с последними действиями, направленными на отчуждение имущества, но и с наступлением последствий в виде причинения крупного ущерба самому юридическому лицу — должнику.

В другом случае, приговор содержит лишь указание на то, что преступление совершено во время процедуры банкротства — наблюдение.

Так, согласно приговору Орджоникидзевского районного суда г. Новокузнецка от 03.02.2011 году С. являясь генеральным директором ООО «_» в период процедуры банкротства — наблюдение, с 19.01.2007 года по 27.07.2007 года, совершил неправомерные действия при банкротстве. При этом указанный период времени соответствует временным границам процедуры банкротства — наблюдение, которая введена определение Арбитражного суда Кемеровской области 19.01.2007 года. Согласно материалам дела непосредственные действия по отчуждению имущества ООО «_» С. совершил весной — в начале лета 2007 года.

1.3. Кто является потерпевшим по делу — юридическое лицо или его кредиторы?

Изучение уголовных дел показало, что в Кемеровской области нет единой практики по вопросу признания тех или иных лиц потерпевшими по уголовным делам о неправомерных действиях при банкротстве.

По уголовному делу в отношении М. по ч. 1 ст. 195 УК РФ потерпевшими по делу были признаны: ООО «_», являющееся должником, интересы которого представлял временный управляющий, и ИФНС России.

Так, например, в приговоре суд указал следующее: «Суд пришел к выводу, что в результате преступных действий М. по сокрытию имущества и сведений о нем путем фальсификации бухгалтерских и иных учетных документов, незаконному безвозмездному отчуждению имущества из собственности ООО «_», были незаконно выведены основные средства (автотранспорт и техника) балансовой стоимостью на общую сумму 7 282 249,56 рублей, что привело к невозможности осуществления Обществом хозяйственной дельности, предусмотренной Уставом ООО «_», в результате чего, ООО «_» причинен ущерб в крупном размере, кроме того, неправомерные действия М. по сокрытию и отчуждению имущества Общества балансовой стоимостью на общую сумму 7 282 249,56 рублей привели к невозможности взыскания со стороны МРИФНС России N 2 по Кемеровской области задолженности ООО «_» по уплате налогов и сборов в бюджеты Российской Федерации и субъектов РФ, в результате чего интересам Российской Федерации причинен ущерб в крупном размере».

По уголовному делу в отношении С. по ч. 1 ст. 195 УК РФ потерпевшим признаны лишь налоговые органы.

Согласно п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 года N 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевших в уголовном судопроизводстве» лицо может быть признано потерпевшим, как по его заявлению, так и по инициативе органа, в производстве которого находится уголовное дело, а также суда.

Изучение уголовных дел показало, что по обоим уголовным делам потерпевшие привлекались к участию в деле по инициативе органа осуществляющего предварительное расследование.

1.4. Встречались ли ситуации, когда преступления, предусмотренные ч. 1 или ч. 2 ст. 195 УК РФ, совершались с косвенным умыслом?

Анализ материалов уголовных дел позволяет говорить о том, что преступления предусмотренные ч. 1 ст. 195 УК РФ были совершены с прямым умыслом.

В первом случае (уголовное дело в отношении М.) об этом свидетельствуют показания самого обвиняемого, который в ходе предварительного расследования признавая вину, пояснил, что «знал о том, что действует незаконно, понимал, что на него, как на руководителя предприятия, возложена обязанность по сохранности основных средств и улучшению, оздоровлению финансового положения общества, что он своими действиями увеличивает задолженности Общества перед бюджетом по НДС более чем на 1 миллион рублей, увеличивает расходы Общества по оплате арендной платы, что ухудшает и так критическое финансово-экономическое положение Общества, но у него не было желания погасить обязательства Общества перед бюджетом, кредиторами и своими работниками за счет основных средств. Он знал о том, что требования кредиторов, не удовлетворенные из-за недостаточности имущества ликвидируемого юридического лица, считаются погашенными в соответствии с ч. 6 ст. 64 Гражданского кодекса РФ, поэтому и принял решение не оплачивать обязательства перед кредиторами и перед налоговым органом, с целью, чтобы в последствии ООО «_» было признано банкротом».

Во втором случае (уголовное дело в отношении С.), несмотря на отрицание подсудимым своей вины, преступление также совершено с прямым умыслом.

С. умышлено скрыл от временного управляющего имущество и сведения о нем, предвидел неизбежность причинения крупного ущерба в случае признания Общества банкротом (в силу занимаемой должности, опыта работы, образования, обстановки совершения преступления — в период процедуры банкротства (наблюдение) и желал наступления этих последствий в целях извлечения материальной выгоды за счет имущества Общества (организации-должника).

Суд установил, что С. в период процедуры банкротства — наблюдение, имея умысел на сокрытие имущества и сведений о нем, с целью последующего отчуждения и передачи его во владение иным лицам, желая не включения указанного имущества в конкурсную массу, воспользовавшись тем, что техника не стоит на балансе Общества, не сообщил временному управляющему о наличии данного имущества, т.е. срыл его и сведения о нем, а затем совершил действия по отчуждению сокрытого имуществ. В связи с указанными действиями С. данное имущество не было включено в конкурсную массу, что повлекло невозможность удовлетворить требования кредиторов в полном объеме.

Согласно приговору, по мнению суда, нежелание С., как руководителя ООО «_», включения техники в количестве 5 единиц в конкурсную массу свидетельствует об умышленности действий, направленных на сокрытие данного имущества и дальнейшего незаконного его отчуждения и передачу ООО «_», которое фактически им же было создано с целью сохранения всего имущества ООО «_», путем его приобретения.

Таким образом, сделать вывод о том, что в практике судов Кемеровской области имелись случаи, когда преступления совершены с косвенным умыслом, нельзя.

1.5. С какого момента преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 195 УК РФ, признается оконченным? Проиллюстрируйте примерами из судебной практики.

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 3 ст. 195 УК РФ, судьями Кемеровской области в 2011 году не рассматривались.

Раздел 2. Вопросы по ст. 196 УК РФ

В 2011 году судьями Кемеровской области рассмотрено 1 уголовное дело в отношении 1 лица по ст. 196 УК РФ.

2.1. Как складывается практика по вопросу о моменте окончания преступления предусмотренного ст. 196 УК РФ?

Анализ единственного уголовного дела показал, что судом установлено два значимых периода времени относящихся к событию преступления.

Первый период, определенный судом — это период непосредственного совершения активных действий направленных на реализацию умысла виновного. Второй период — это временной промежуток, в течение которого существенно ухудшилась финансово-хозяйственная деятельность, повлекшая признание завода банкротом.

Так, приговором Киселевского городского суда от 31.01.2011 года Б. признан виновным в том, что он, являясь руководителем коммерческой организации в личных интересах совершил преднамеренное банкротство, т.е. умышленное увеличение неплатежеспособности предприятия ОАО завод «_» за период времени с 01.01.1997 года по ноябрь 1999 года, причинившее крупный ущерб предприятию в размере 25 000 000 рублей, а также задолженность по оплате труда в размере 2 586 000 рублей, совершенное им в период времени с 18.01.1994 года по 09.04.1997 года.

Согласно приговору преступные действия Б. выразились в том, что Б. в 1997 году умышленно, в личных интересах, путем заключения фиктивного договора поставки от 18.01.1994 года, повлекшего в 1997 году последующую череду иных сделок направленных на отчуждение имущества, создал кредиторскую задолженность предприятия, что привело к его неплатежеспособности и последующему банкротству.

В результате всех сделок, совершенных Б. наступила неплатежеспособность ОАО завод «_», существенно ухудшилась финансово-хозяйственная деятельность предприятия за период времени с 01.01.1997 года по ноябрь 1999 года, снизилась обеспеченность требований кредиторов всеми активами, обеспеченность обязательств.

В кассационном определении судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда обсуждая вопрос об освобождении Б. от уголовной ответственности указала, что из представленных документов следует, что с момента совершения преступления в период времени с 18.01.1994 года по 09.04.1997 года и 01.01.1997 года по ноябрь 1999 года, на момент постановления приговора истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности (кассационное определение от 24.03.2011 года).

Отметим, что 09.04.1997 года — это дата последних сделок по отчуждению имущества (договор об отступном, согласно которому ОАО завод «_» передает принадлежащие ему на праве собственности оборудование и производственные средства на сумму 25 млн. рублей в пользу ООО «_» за оплату долга ОАО завод «_» перед АКБ Кузбасспромбанк»; Акт приема-передачи и перечень имущества подтверждает передачу имущества ОАО завод «_» в пользу ООО «_» на сумму 25 млн. рублей, в том числе основных средств производства, зданий главных цехов, горношахтного оборудования, станков, . ).

Ноябрь 1999 года — время обращения ТОФСФО в арбитражный суд о признании ОАО завод «_» банкротом, введения определением Арбитражного суда Кемеровской области на ОАО завод «_» процедуры банкротства.

Обобщая изложенное можно сделать вывод, что при определении момента окончания совершения преступления, предусмотренного ст. 196 УК РФ, по мнению суда, решающее значение имеет момент исполнения соответствующих действий, реализующих умысел субъекта. В частности, учитывая, что совершались гражданско-правовые действия, определяющим, по мнению суда, явился момент, когда соответствующие виды сделки были исполнены (подписание договора, передача имущества).

Кроме того, момент возникновения последствий применительно к ст. 196 УК РФ следует связывать не с появлением негативных изменений у третьих лиц, а с уменьшением собственных активов должника. Такое уменьшение, в сущности, и есть ущемление имущественных интересов кредиторов.

2.2. Кто признается потерпевшим по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 196 УК РФ?

Из материалов уголовного дела следует, что потерпевшим по уголовному делу о преступлении, предусмотренном ст. 196 УК РФ, была признана ИФНС России. Иных потерпевших по делу органы предварительного расследования и суд не установили.

2.3. Возникали ли в Вашей практике ситуации, когда в процессе рассмотрения по существу уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст. 196 УК РФ, завершалось конкурсное производство по делу о банкротстве и удовлетворялись требования отдельных (всех) кредиторов, выступающих потерпевшими в рамках уголовного дела? Какие процессуальные решения принимались в данном случае?

В практике судов Кемеровской области не было ситуаций, когда в процессе рассмотрения по существу уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст. 196 УК РФ, при завершении конкурсного производства по делу о банкротстве удовлетворялись требования отдельных (всех) кредиторов, выступающих потерпевшими в рамках уголовного дела.

В ходе производства по уголовному делу в отношении Б. по ч. 1 ст. 196 УК РФ определением Арбитражного суда Кемеровской области ОАО завод «_» признан банкротом подлежащим ликвидации, конкурсное производство завершенным, требования кредиторов ОАО завод «_» не удовлетворенными, и в связи с недостаточностью имущества должника погашенными.

2.4. Встречались ли ситуации, когда преступления, предусмотренные ст. 196 УК РФ, совершались с косвенным умыслом?

Полагаем, что преступление, предусмотренное ст. 196 УК РФ, совершено Б. с прямым умыслом. Анализ уголовного дела показал, что Б. желал наступления этих последствий в целях извлечения материальной выгоды за счет имущества организации-должника.

Оценивая в приговоре собранные по делу доказательства, суд указал следующее. «В судебном заседании подтверждено то, что подсудимый действует в личных интересах, т.к., являясь владельцем ООО «_», заинтересован в безвозмездном получении имущества со стороны ОАО завод «_». Имея в собственности полученное от ОАО завод «_» имущество, ООО «_» работает, получает прибыль и др. А также личный интерес подсудимого заключается в том, что в результате вывода имущества из ОАО завод «_», предприятие становится неспособным рассчитаться по своим денежным обязательствам, тем самым признается банкротом, и освобождается от уплаты миллионной задолженности. Подсудимый и сам пояснил, что не для того, он приобретал завод «_», чтобы он был распродан за долги».

Раздел 3. Вопросы по ст. 197 УК РФ

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ст. 197 УК РФ, в 2011 году судами Кемеровской области не рассматривались.

Раздел 4. Крупный ущерб

4.1. Согласно примечанию к ст. 169 УК РФ крупным признается ущерб в сумме, превышающий один миллион пятьсот тысяч рублей. В практике встречаются случаи, когда ущерб, причиненный каждому из кредиторов меньше указанной выше суммы. Согласны ли Вы с тем, что при определении размера ущерба, если вред причиняется различным кредиторам, оценивать его необходимо применительно к каждому из потерпевших?

В соответствии со ст. 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» вред, причиненный имущественным правам кредиторов, определен как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Таким образом, исходя из данного определения вреда, вред, причиненный имущественным правам кредиторов, сводится к уменьшению имущества должника.

Изучение уголовных дел показало, что, по мнению судей Кемеровской области, применительно к ст. 195-196 УК РФ причинение ущерба заключается в уменьшении объема имущества, необходимого для удовлетворения долговых обязательств. Учитывая такую позицию относительно того, в чем выражается ущерб, причиненный кредиторам, говорить о том, следует ли суммировать ущерб, причиненный нескольким кредиторам не приходится.

Рассмотрим данную позицию суда на конкретном примере.

Согласно позиции государственного обвинителя (уголовное дело в отношении Б. по ст. 196 УК РФ) преднамеренное банкротство влечет уголовную ответственность при условии причинения крупного ущерба. Этот ущерб заключается в уменьшении объема имущества, необходимого для удовлетворения долговых претензий. Т.е. удовлетворение требований кредиторов не происходит в результате недостаточности имущества предприятия, которое выбывает из обладания должника. Крупный ущерб в данном случае выражается в том, что были нарушены законные имущественные права кредиторов.

Суд, согласился с позицией государственного обвинителя, указав в приговоре, что крупный ущерб в данном случае выражается в том, что были нарушены законные имущественные права кредиторов.

Определяя размер причиненного ущерба суд в приговоре указал, что «считает необходимым уменьшить причинение крупного ущерба до 25 млн. рублей, вместо указанных в обвинении более 41 млн. рублей, то есть ровно на сумму стоимости имущества, переданного в ООО «_», т.к. бесспорно доказано, что именно такая сумма имущества была бы в конкурной массе и последовала для удовлетворения требований кредиторов».

По уголовному делу в отношении М. по ч. 1 ст. 195 УК РФ потерпевшими признаны: ООО «_», являющееся должником, интересы которого представлял временный управляющий, и ИФНС России.

Из приговора следует: «Суд пришел к выводу, что в результате преступных действий М. по сокрытию имущества и сведений о нем путем фальсификации бухгалтерских и иных учетных документов, незаконному безвозмездному отчуждению имущества из собственности ООО «_», были незаконно выведены основные средства (автотранспорт и техника) балансовой стоимостью на общую сумму 7 282 249,56 рублей, что привело к невозможности осуществления Обществом хозяйственной дельности, предусмотренной Уставом ООО «_», в результате чего, ООО «_» причинен ущерб в крупном размере, кроме того, неправомерные действия М. по сокрытию и отчуждению имущества Общества балансовой стоимостью на общую сумму 7 282 249,56 рублей привели к невозможности взыскания со стороны МРИФНС России N 2 по Кемеровской области задолженности ООО «_» по уплате налогов и сборов в бюджеты Российской Федерации и субъектов РФ, в результате чего интересам Российской Федерации причинен ущерб в крупном размере».

Из данного примера следует, что в качестве причиненного обоим потерпевшим ущерба указанна одна и та же сумма (7 282 249,56 рублей), равная стоимости имущества выбывшего из обладания должника, и не вошедшего в конкурсную массу, в результате совершения неправомерных действий.

4.2. Определите момент окончания преступления, предусмотренного ст. 195 ( 196 , 197 ) УК РФ (причинения крупного ущерба)?

Составы преступлений, предусмотренные ст.ст.195-196 УК РФ, сконструированы законодателем как материальные составы, соответственно момент окончания соответствующего преступления должен быть связан с причинением крупного ущерба.

Как уже отмечалось в соответствии со ст. 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» вред, причиненный имущественным правам кредиторов, определен как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Таким образом, исходя из данного определения вреда, ущерб, причиненный имущественным правам кредиторов, сводится к уменьшению имущества должника. Т.е. уменьшение собственных активов должника, в сущности, и есть ущемление имущественных интересов кредиторов.

Следовательно, при определении момента окончания преступлений, предусмотренных ст.ст.195 , 196 УК РФ, решающее значение приобретает момент исполнения соответствующих действий, реализующих умысел субъекта. При этом необходимо помнить, что в подавляющем большинстве совершаются гражданско-правовые действия, следовательно, определяющим фактором будет выступать момент, когда соответствующий вид сделки считается исполненным (подписание договора, передача имущества и др.).

4.3. Как необходимо рассчитывать размер причиненного ущерба? Возможен ли расчет ущерба не от конкретных сделок, а от финансовых результатов деятельности за период?

Учитывая, позицию судей Кемеровской области о том, что в контексте ст. 195-196 УК РФ, размер причиненного ущерба соответствует сумме, на которую уменьшилось имущество должника, впоследствии не вошедшее в конкурсную массу, расчет ущерба от финансовых результатов деятельности за период не возможен.

Раздел 5. Вопросы конкуренции норм и совокупности преступлений

5.1. Возникали ли в Вашей практике ситуации, когда неправомерные действия при банкротстве ( ст. 195 УК РФ) или преднамеренное банкротство ( ст. 196 УК РФ) осуществлялось путем : а) присвоения (растраты) имущества юридического лица (индивидуального предпринимателя) ( ст. 160 УК РФ); б) злоупотребления полномочиями лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации ( ст. 201 УК РФ)?

Как квалифицировалось содеянное: а) по ст. 195 ( 196 ) УК РФ или б) по ст. 195 ( 196 ) УК РФ и ст. 160 ( 201 ) УК РФ?

Случаев, когда бы лицу, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.195 , 196 УК РФ, вменялось совершение указанных преступлений путем присвоения (растраты) имущества юридического лица, либо путем злоупотребления полномочиями лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, не имелось.

Раздел 6. Иные вопросы

6.1. Какие вопросы возникают у судов при установлении круга субъектов преступлений, предусмотренных ст.ст.195-197 УК РФ?

В виду незначительности судебной практики у судов отсутствуют вопросы при установлении круга субъектов преступлений, предусмотренных ст.ст.195-197 УК РФ.

6.2. Укажите наиболее распространенные основания, по которым вышестоящими судами принимались решения об отмене приговора или о его изменении.

Обобщение судебной практики показало, что в кассационном порядке в 2011 году обжаловано 2 приговора по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 195 и ст. 196 УК РФ.

В одном случае судебной коллегией по уголовным делам Кемеровского областного суда обвинительный приговор по ч. 1 ст. 195 УК РФ оставлен без изменения. Во втором случае обвинительный приговор по ст. 196 УК РФ изменен в части назначенного наказания; лицо освобождено от отбывания назначенного наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности ( п. «в» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ).

6.3. Приведите примеры судебных решений, которые, по Вашему мнению, могут иметь значение для формирования практики по уголовным делам о неправомерных действиях в сфере банкротства?

Ввиду незначительности судебной практики, все примеры судебных решений были приведены в ответах на предложенные вопросы.

6.4. Сформулируйте вопросы, которые требуют разъяснений в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации (по возможности с вариантами ответов).

Полагаем, что в постановлении Пленума Верховного суда РФ следует разъяснить:

1. В чем выражается ущерб в контексте ст. 195-196 УК РФ? Как необходимо рассчитывать размер причиненного ущерба? Возможен ли расчет ущерба не от конкретных сделок, а от финансовых результатов деятельности за период?

2. Является ли потерпевшим по делу — юридическое лицо (должник)? Если да, как следует поступить суду (органам предварительного расследования), в случае, если в ходе производства по уголовному делу собственник имущества (юридическое лицо — должник) признано банкротом; кто и чьи интересы будет представлять в особенности, когда по делу был заявлен гражданский иск?

Обзор документа

Для просмотра актуального текста документа и получения полной информации о вступлении в силу, изменениях и порядке применения документа, воспользуйтесь поиском в Интернет-версии системы ГАРАНТ: